logo
Институт геополитики профессора Дергачева
Сетевой проект
Аналитический и образовательный портал
«Пока мы не вникнем мыслью в то, что есть, мы никогда не сможем принадлежать тому, что будет». Мартин Хайдеггер

Геополитика. Русская энциклопедия

Интернет-журнал

Геополитика. Русская энциклопедия

Геополитика. Русская энциклопедия




   
   
   
Рейтинг@Mail.ru   
Союз образовательных сайтов    
Яндекс цитирования    



Лекции Гибель секретной Империи Гибель секретной Империи Гибель секретной Империи


Обсудить статью в дискуссионном клубе

Владимир Дергачев
ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ. -
INTERNATIONAL DIALOGUE (Международный диалог), 2005, № 1-2, с. 53-75. 

В конце ХХ века произошло геополитическое самоубийство Восточной Европы. В результате тактической борьбы  за власть была разрушена сверхдержава и  многомерное коммуникационное пространство Хартленда, обладание которым являлось фактором геополитического могущества.  Была предана вера миллиардов людей в государство социальной справедливости, символом которого был Советский Союз. Россия и  новые независимые государства возомнили стать частью богатого Запада. Но в пространстве <одичавшего> сознания для большинства  это оказался  несбыточной мечтой. На месте разрушенной сверхдержавы под лозунгами европейского выбора и национального возрождения начала формироваться новая мировая периферия. Христианский Запад  отпраздновал неожиданную победу в <холодной войне>, а на мусульманском Востоке стратегия проигравших, пытавшихся отказаться от  своего  цивилизационного кода, вызвало призрение. Казалось бы, в условиях глобальных вызовов, проще всего отсидеться на восточнославянском Хуторе близ Европы. Но вряд ли это удастся. В нестабильном мире  чаще всего <взрываются>    государственные институты, имитирующие действительность.

Для того, чтобы понять природу трансформации Восточной Европы, необходимо преодолеть узость ставшей популярной традиционной геополитики с доминирующим географическим или экономическим детерменизмом.  В рамках цивилизационной геополитики, фундаментом которой является классическая европейская мысль и геофилософия, можно сформулировать вопросы, без ответа на которые трудно рассуждать о будущем.  Какова  природа распада восточноевропейской цивилизации на фоне интеграционных процессов  в современном мире? Почему  геополитическая трансформация Восточной Европы под воздействием внешних и внутренних вызовов свелась к унизительным попыткам стратегического партнерства с Западом на основе мифической <дружбы народов> побежденных и победителей? Каковы  возможные последствия столкновения рыночного (неолиберального) и религиозного фундаментализма в расколотом пространстве?  Почему <братья славяне> берутся за дело раньше, чем начинают думать? Что значит <быть в Европе>? Возможен ли новый славянский брак по любви или несчастью? Цивилизационная геополитика переносит акцент с географического на многомерное коммуникационное пространство Восточной Европы. Технология такой трансформации рассматривается в рамках концепции Большого многомерного пространства, изложенной нами в трудах <Раскаленные рубежи> (1998), <Геополитика> (2000)  и <Геоэкономика> (2002).

Расколотая цивилизация

Гибель Советского Союза привела к геополитическим  тектоническим сдвигам, последствия  которых еще не осознаны на Западе и Востоке. Вместо складывающего на протяжении ХХ века геополитического порядка, образовалось разбегающееся пространство. Расколотую цивилизацию  называют по-разному.  <Восточно-христианской> или <православной>, <восточноевропейской> или <восточнославянской>.  Мировой <евразийской> империей, отождествляемой с <российской> или <советской> цивилизацией. Границы восточного советского военно-политического блока совпадали с суперэтническими контурами славянского мира.  В зависимости от выбранной соразмерности, включая конфессиональную и этнокультурную, менялось не только название и протяженность цивилизации, трансформировался её геополитический код. В данном контексте под нейтральным понятием <Восточная Европа>  рассматриваются народы, проживающие в России, Украине и Белоруссии,  не зависимо от национальности и вероисповедания.

После распада Советского Союза  на Западе стало модным утверждение, что восточноевропейской цивилизации  нет, а если и была, то погибла. Есть сторонники и более жесткого определения Восточной Европы как <черной дыры> в геополитическом пространстве. Не будем осуждать такую резкую оценку. Мы, живущие на этой земле, её заслужили.  Хотя в самом воинствующем восточнославянском атеисте сохранился архетип - подсознательный  православный стереотип, влияющий на  поведение человека и его выбор, трудно говорить о православной цивилизации, целенаправленно разрушаемой на протяжении  двадцатого столетия. Но еще труднее смириться с мыслью, что люди испытывающие веками социокультурную общность и социопсихологическую близость (мы другие), добровольно  превратятся в маргиналов человечества.

<Братья славяне> всегда  берутся за дело раньше, чем начинают думать. Но куда делась бывшая советская интеллигенция, выступившая в качестве буревестника социальных преобразований? Ответ может показаться парадоксальным. Если понимать под интеллигентом думающего человека,  служащего истине, то  такой социальной прослойки к распаду Советского Союза почти не сохранилось. В советском человеке поощрялось развитие технического интеллекта и бездумность в общественной жизни. Коммунистической властью была выведена новая социальная <порода> - советская интеллигенция в первом поколении, неспособная жить своим умом. Думающий человек был смертельно опасным для советской власти и остается таковым для <оплотов демократии>, разгуливающих на евразийских просторах в поисках добычи. Советская интеллигенция внесла неоспоримый вклад в распад  цивилизации и трансформировалась в  маргиналов - разрушителей социума.

Восточная Европа в очередной раз расколота на непримиримые части. Одни считают себя <правильными> демократами, другие "правильными" патриотами. И у каждого своя правда. Но стоит только оказаться на удалении от этого противостояния,  как все это может показаться мелочным. Нельзя отказываться от своего прошлого, каким бы оно не было горьким, в угоду <хорошего> настоящего, но принадлежащего другой цивилизации. Даже такой <реалполитик> как  Черчилль писал: <Если мы будем сражаться с прошлым, мы потеряем будущее>.  Народ, изменивший своим культурно-генетическим корням,  становится презренным для социума других цивилизаций. 

Направим движение мысли к раскаленным рубежам многомерного  пространства расколотой восточноевропейской цивилизации. Как нам представляется, главное богатство  Восточной Европы заключается не в простых решениях и зарубежных заимствованиях, а в выявлении  высокой созидательной рубежной энергетики многомерного коммуникационного пространства. Только политическая культура в сочетании с интеллектом  способна преодолеть мифологический хаос в обществе  и выявить  стратегический ресурс развития.

Наступление Запада

В Европе происходит историческое событие, связанное с тектоническими сдвигами в геополитическом пространстве христианской цивилизации.  Преодолено искусственное деление в конфессиональном пространстве. Преимущественно католики и протестанты возвращаются в мир западного христианства.  Впервые за последние сто лет геополитическая трансформация была осуществлена  мирным путем  при участии  всех государств, участников процесса.  В прошлом в Ялте, Москве и Мюнхене Европу делили  великие державы без согласия остальных. Намерения  о принятии  новых  государств  с населением 75 млн. человек явилось политическим решением, доминирующем над экономическим фактором. Вместе с тем, кандидаты получили гарантию НАТО для привлечения  иностранных инвестиций. 

Вступление большинства государств  ЦВЕ в ЕС и НАТО изменяет  европейскую карту. Происходит расширение геополитического пространства Запада на Восток, включая  бывшие советские прибалтийские республики.  Это ускорит решение калининградской проблемы, где российская власть показала полную неспособность трансформировать модель  <непотопляемого авианосца> в <непотопляемый сборочный цех>. Проходит время пустых слов о европейской интеграции восточнославянских стран. Западные политики все чаще просят <последних оплотов демократии> из Восточной Европы не беспокоиться на этот предмет в ближайшие десятилетия.

Из небытия возвращается  <железный занавес>. В советском прошлом его воздвигали с Востока, теперь все расходы придется взять на себя Западу.  Но эта новая граница пройдет не только в географическом, но и в цивилизационном пространстве через разное восприятие западных ценностей, отношение к демократии и гражданскому обществу. К западу от границы к власти  в большинстве стран пришли лидеры, способствующие, чтобы принимаемые  законы соответствовали совести.  Здесь политику и частный бизнес стремятся не смешивать.

К востоку доминируют <последние оплоты> демократии, которые использовали символы правового гражданского общества в тактической борьбе за власть  и приватизацию  общенародной собственности. Как стало очевидным, многие из них могут рассуждать о западных ценностях преимущественно с помощью ненормативной лексики великого русского языка. Что и говорить, двигались  самостийные  братья после развода как лебедь, рак и щука в разные стороны. Россия и Украина  под европейские или американские небеса, а Белоруссия в советское прошлое. А оказались, в конце концов, по одну сторону  нового <железного занавеса> в связи с продвижением НАТО и ЕС на Восток.  Несмотря на разную риторику, славянских братьев объединяют  общие подходы к имитации демократии и гражданского общества.

 

Меткая стрельба мимо целей

В бескрайних просторах Восточноевропейской равнины вновь заблудился призрак. Призрак западной демократии. "Последние оплоты демократии" еще разгуливают по российским просторам в поисках добычи, а на горизонте вместо светлого капиталистического будущего вырисовываются контуры чего-то иного.   Демократия на деле  получилась  немного не той ориентации.  Назовем её криминально - коррумпированной демократией.При резком снижении уровня жизни,  большая часть граждан  лишена экономического достоинства. Поэтому с помощью  демократических процедур физическому  лицу с непреодолимым стремлением к казнокрадству  легко войти во власть и стать президентом или губернатором (по западному понятию), царем, ханом или  султаном (по-восточному). Политическое поле структурировано условно сверху. Одни партии собирают урожай справа, другие - слева, третьи - в середине. В пространстве одичавшего сознания  скомпрометированы  на долгие годы такие понятия, как честь, совесть и долг, демократия, права человека и частная собственность.

В Восточной Европе основой <экономического чуда> является бизнес на государственных ресурсах. В России и Украине в исторически короткий срок удалось трансформировать советский лозунг  о единстве народа и партии  во <власть и бизнес - едины>.  Наиболее распространенная форма этого преступного бизнеса  - раздача преференций холопам, служащим  хозяину, не жалея живота своего, за личную преданность.  Эта форма бизнеса известна со средневековья. С её помощью османский султан беднеющей империи с пустой казной  мог рассчитаться с наиболее преданными слугами. Делящимися украденным со своим хозяином в критические моменты борьбы за власть. В переводе на современный язык это означают преференции гаранта конституции  за счет государственного бюджета со всеми вытекающими последствиями для бюджетников, включая  медицину, науку и образование,  пенсию старикам и социальные пособия детям.   До поры до времени это воровство за счет налогоплательщиков остается незаметным, особенно в условиях одичавшего информационного пространства.  Принцип <с каждого по серьге>  позволяет временно сохранять установившийся режим, пока политическое пространство не превратиться в <гуляй поле>.  И если Россия притормозила в последние годы на этом пути, то этого нельзя сказать про Украину.

Подавляющее большинство  <последних оплотов демократии> из Восточной Европы таковыми по определению не являются, включая тех, кто <отдал жизнь за торжество демократии>. Свобода  и права человека - это, прежде всего, тяжелый моральный груз и ответственность, измеряемая совестью.  Правами  владеет тот, кто владеет собой.   Разве можно стать демократом в ночь с  воскресенья на понедельник, если  ты не воспитан в традициях правового гражданского общества и получил другое гуманитарное образование? Конечно, нет. Демократия это форма, а не предмет. Но нашлись сообразительные граждане, которые в старых большевистских традициях,  посчитали, что демократией можно пользоваться в качестве  <булыжник> в борьбе за власть и статусные коммуникации. В период перестройки часть опьяненной свободой  интеллигенции,  присвоила (приватизировала) новые  качества. Владение  демократией потребительски как предметом есть элементарная форма воровства.  <Борцы> против статусных коммуникаций с незаконными привилегиями,  по сути,  сами стали ворами и создали прецедент для братания с криминалом. Почему одним можно украсть статусные коммуникации, а другим нельзя? И образовался братский союз демократов и криминала.  В Восточной Европе, чтобы быть гарантированным от тюрьмы, надо очень много украсть. Власть обычно стыдится  признаться, что кто-то ворует больше, чем она сама. Кроме того, наиболее продвинутые  уголовные <авторитеты>  сделали для себя вывод, в бедном государстве с демократическим законами красть (приватизировать) статусные коммуникации  значительно выгоднее, чем элементарное  материальное воровство.

Криминалу не снилось, что в бедной стране он может защищаться с помощью демократичных законов, гарантирующих  в любом случае жизнь, а с помощью богатого адвоката и свободу.  В коррумпированной стране профессиональному адвокату не представляет больших трудностей с помощью демократических процедур доказать, что <вор в законе>  более честен и менее грешен,  чем  государственная <элита в законе>.  Электорат на демократических выборах часто отдает предпочтение  <ворам в законе> как более честным. И народ в данном случае ушел  не далеко от истины. 

На рубеже веков опьяненные свободой  Россия и Украина как сиамские близнецы одновременно установили абсолютный мировой рекорд торжества <демократии>. Еще некому не удавалось так успешно и в кроткий срок скомпрометировать  западные ценности, создав пропасть социального расслоения между кучкой свербогатых и <опущенным> в бедность и нищету народом.  Это вероятно верхний предел  развития мировой демократии, после которого должно наступить похмелье или социальный взрыв.  

В истории  Запада не было  прецедента, чтобы доходы избранных демократическим путем <слуг народа> (депутатов и сенаторов) превышал годовой бюджет страны. Россия и Украина установили рекорд  по количеству героев капиталистического труда.  У двух братских народов в 17 раз больше миллиардеров, чем в Центрально-Восточной Европе.  Да, что там  скромничать. У них по ту сторону  нового <железного занавеса>  всего один миллиардер (в Польше). Правда, недруги называют  суперолигархов  мародерами, мошенниками или лицами не той национальности. Но это не справедливо. И простые славянские парни, вошедшие во власть или породнившись с нею,  смогли урвать столько, что мало не покажется. Правда,  не произошло цивилизованное возрождение предпринимательства снизу. Болевший за будущее России лауреат Нобелевской премии Василий Леонтьев писал: <Ветер предпринимательства зарождается в самом низу. Если этого нет, ситуация безнадежна>. Власть, приватизировавшая собственность в особо крупных размерах,  сама объявила себя главным бизнесменом, загнав  большинство граждан, проявляющих деловую активность,  в резервацию теневой экономики. 

В пространстве Восточной Европы наступил <ренессанс> криминала и <порчи нравов> (коррупции). Образовалась гремучая триада "либеральной интеллигенции" ("псевдодемократы"), номенклатуры (<последних оплотов демократии>)  и криминала (<воров в законе>).  Тайный союз коммунистической номенклатуры  с уголовным миром существовал на протяжении всего советского периода. Власть всегда отдавала приоритет уголовнику над интеллигентом. Для сохранения во власти она временно воспользовалась  услугами <псевдодемократами> и  после победы <опустила> большую часть интеллигенции на социальное дно. Сегодня нет необходимости  скрывать  союз власти и криминала.  Именно это <братание> породило поляризацию в обществе. На одном полюсе появились доморощенная <элита в законе> во главе с <олигархами>, а на другом - национал-державники и российские шахиды. Но между ними много общего. И внутренние и внешние террористы стреляют в души и плоть в ни чем не повинных людей, убивают созидательную энергию или уничтожают физически.  

 

Тупики "нового мышления"

        

"Новое мышление" конца 80-х годов явилось результатом  одичавшего сознания времен советского Застоя. Когда советские руководители начали ломиться на Запад, забыв, что  Советский Союз многонациональное государство, где значительная часть населения с восточным менталитетом. <Новое мышление>  послужило  искрой для раскола советского евразийского социокультурного пространства.  После распада Советского Союза символом противостояние <новому мышлению> стала Чечня. <Новое мышление> превратило Восточную Европу в форпост  западной лжедемократии  на Востоке. Пока здесь  разгуливают <последние оплоты> демократии и <олигархи>  в поисках добычи, будут плодиться отечественные фундаменталисты различного толка (от неолибералов и радикальных националистов до шахидов).  Такова природа человека.  Ни кому не дано право учить другие народы как правильно жить. 

Российская власть традиционно мыслит глобальными геополитическими категориями, и уровень жизни собственного народа всегда оставался второстепенной задачей. Как свидетельствует новейшая история, руководители государства с завидной постоянностью наступают на одни и те же грабли.  Парни из народа, оказавшиеся на вершине власти,  начинают дружить с главами ведущих стран и добиваются в это больших успехов, даже Нобелевской премии мира. Как, правило, очередная крепкая дружба с американским президентом или Западом сопровождается  развалом в экономике и разрухой  в душах людей. В международной политике нет категории <личная дружба>. В  мире, как и вчера, правят не президенты, а Капитал и Прагматизм.  В международной политике постоянно присутствует конфликт интересов. Если на Западе  иногда и считаются с Россией, то благодаря не <демократическим> преобразованиям, а статусу второй ядерной державы мира.

Восточная Европа погрузилась в пучину мифологического хаоса.  Здесь разрушены межличностные коммуникации.  Исчезает язык  взаимопонимания и умению слушать.  Россия не стала частью западного гражданского демократического общества. Произошла подмена целей. Проиграв борьбу  за объединение  пролетариев всех стран и светлое демократическое будущее, Россия  неожиданно оказалась в авангарде борьбы с мировым терроризмом. Появился уникальный шанс развалить российскую армию,  переориентировав её на полицейские функции мирового жандарма в борьбе с терроризмом.  Страна, породившая рыночный фундаментализм, играющего роль внутреннего терроризма,  вновь готова учить других. 

В результате <нового мышления> разрушается многомерное коммуникационное пространство Восточной Европы. На Западе  впереди свободы шли эпохи Возрождения (борьбы за совесть) и Просвещения (влечения к правде и чести), а в Восточной Европе в пространстве одичавшего сознания наблюдается такая крупномасштабная имитация этих процессов от  Крыжополя до Чукотки, что дух захватывает. Кстати, поговорим о духовном возрождении.

Имитация духовного возрождения

В конце ХХ века в Восточной Европе произошла великая смута. Распалась не только сверхдержава. В мире преимущественно безбожного пространства воинствующего атеизма образовался хаос опустошенной души. Когда рушатся сложившиеся устои, гибнут империи и страны, но сохраняется центр в душе - религиозная вера или вера в разум, это внушает оптимизм на  будущее. Когда этого нет, происходит движение к периферии  души с размытыми  границами  идеала. При отсутствии целей здравого смысла наступает  системный кризис политических элит,  характеризующийся  крайностями  суждений - от приступа глупого оптимизма до глубокого пессимизма. И так было не раз в истории. Утрата исторической памяти - характерная черта  общества, облученного радиацией воинствующего атеизма. Это путь к хаосу через  конфронтацию в обществе, где идет необъявленная  гражданская война. Только вместо белых и красных,  одни называют себя <демократами>, другие  не могут поступиться коммунистическими принципами.

Трагедия  восточноевропейской цивилизации заключена в <лучевой> болезни воинствующего атеизма. Парадокс истории. Вторую половину ХХ века Восточная Европа готовилась к ядерной войне, а беда пришла с другой стороны. Чернобыль души нарушил  важнейшую коммуникацию во времени - традицию или трансляцию от поколения к поколению социокультурных ценностей. Люди  рождались  и умирали, не  создавши в себе почву, жизненные силы для прорастания. Когда  человеческие души облучены  радиацией воинствующего  атеизма и большинство  не верит ни в Боге, ни в черта и не обладает экономическим достоинством, трудно рассчитывать на позитивные результаты общественного развития.

Ожидаемый религиозный ренессанс в Восточной Европе не наступил. Расколотая православная церковь не смогла и в будущем не  станет духовным  лидером общества. Если стало и модным называть себя верующими, то реальное число истинно верующих составляет малую величину. Вместо борьбы за совесть людей церковные иерархи  осуществили верноподданническое <братание> с коррумпированной властью.  Телевиденье демонстрирует  многочисленные дорогие <новоделы> на месте разрушенных православных храмов в деловых центрах столиц и других городов (ближе к власти), тогда как в жилых массивах (ближе к пастве)  как грибы растут  культовые сооружения  протестантских  общин. Пока идет необъявленная война на Кавказе в глубоких тылах наступает христианский фундаментализм (евангелистский протестантский), победоносно шествующий  по просторам славянской души, опустошенной радиацией воинствующего атеизма. В отдельных областях России и Украины протестантские общины доминируют над православными.  Если  позитивная роль религиозной реформации на Западе известна, то в православной среде западно-христианский фундаментализм  может оказаться  разрушительным цунами.

Многие бывшие воинствующие   безбожники, а ныне православные большевики и <оплоты демократии> объявили себя верующими,  но держат  свечи в храмах как граненые стаканы. И сущность от этого не меняется. Несмотря на одичавшее информационное пространство, рано или поздно станет явью, что многие борцы за демократию и <самостийность>, а так же герои капиталистического труда оказались  элементарными  жуликами, ограбившими народ в особо крупных размерах.  Это приведет к еще большему падению авторитета в первую очередь православной церкви, которая уже проиграла борьбу за души людей особенно неопротестантским общинам, обращенным к  повседневным заботам простых людей.

Упущенное время мира

Самонадеянный Запад, взяв на себя колоссальную ответственность за внутренние преобразования в новых независимых государствах,  опасается  анархии и хаоса. Оказались ограниченными возможности позитивного влияния на события, контролируемые местными корпоративными группами или родовыми кланами, ведущими борьбу за власть. Запад своими непродуманными советами и рекомендациями способствовал закреплению во власти  худших. И в конечном итоге получил  слабую России, еще более опасную и непредсказуемую. Россия не будет в ближайшем будущем обладать былой мощью  и не станет капиталистической страной с сильным гражданским обществом. Россия, оказавшись в огромной финансовой зависимости от Запада,  отошла  на задний план в американских приоритетах и впервые за три столетия утратила геополитическую роль в Европе и Азии, где набирает  мощь Китай.  Возможно, Россия  повторит путь  другого евразийского государства - Турции, где уже не первое  столетие тлеет западная модернизация.

После  падения <железного занавеса> и распада Советского Союза  наступил короткий романтический период в международных отношениях. Его особенно олицетворял проект  возрождения Великого Шелкового пути после 500-летнего забвения. Появилась  возможность возродить  и другие трансконтинентальные коммуникации и создать  преференциальный режим (свободные экономические зоны)  на  рубежах евразийских цивилизаций между Западом и Востоком, Севером и Югом.  Это могло стать гарантом евразийского мира, в том числе  на Балканах, Кавказе, Центральной Азии и Ближнем Востоке. Но этого не произошло. И на евразийских рубежах цивилизаций разгорелся пожар этнонациональных и этноконфессиональных конфликтов.

Геополитическая логика самого протяженного государства <от моря до моря>  способствует созданию геоэкономической ренты (сверхприбыли)  от использования огромного  транспортно-коммуникационного ресурса на рубежах евразийских цивилизаций. Современная Россия время от времени озвучивает намерения о великих торговых путях, но из-за отсутствия капитала и политической воли проекты превращаются в пустой звук. 

Пройдет ли в ХХI веке  через  Восточную Европу главная транспортная коммуникация между  полюсами  экономического и технологического  развития в Западной Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе? Будущее Великого шелкового пути зависит от геополитической обстановки на Балканах и Ближнем Востоке, Кавказе  и Центральной Азии. Вместо того, чтобы создать коммуникационный мост для ускорения оборачиваемости  торгового, финансового и промышленного капитала на рубежах цивилизаций, здесь при активном участии Соединенных Штатов отмечается размежевание по этническому признаку, что чревато непредсказуемыми последствиями.  Возникло не только множество новых государственных и таможенных границ на возможных маршрутах ВШП. Новым независимым государствам пока не удалось  создать конкурентоспособные  региональные условия хозяйствования, благоприятные для зарубежных инвестиций.

Упущен шанс создания экономического моста  между Западом и Востоком,  способного замирить  сейсмоопасные зоны Балкан, Кавказа  и Плодородного Полумесяца и превратить рубежи евразийских цивилизаций в главную коммуникационную ось континента.  Введение Западом  эмбарго в отношении ряда  региональных держав  способствует   упадку не только их экономики, но и соседних государств, падению  уровня и качества жизни, социально-психологическому дискомфорту и усилению  политико-экономического  разлома на рубежах цивилизаций. В результате разновекторности международной политики  драгоценное время мира упущено. Возрождение Великого шелкового пути откладывается на неопределенное будущее. Отсутствие современной рыночной инфраструктуры и широтных коммуникаций, транспортных коридоров  через цивилизационные рубежи на Кавказе, Центральной Азии и Юго-Восточной  Европе создает угрозу  усиления военных конфликтов.

Не оправдался рыночный романтизм при реализации  международных проектов европейских транспортных коридоров. Стратегическим курсом Европейского Союза является развитие  трансъевропейских коммуникаций. После падения <железного занавеса> особенно актуальными стали проблемы общеевропейской транспортной  интеграции, обусловленной открывшимися перспективами  для торговли и экономики, улучшения сообщения  между Западом и Востоком Европы. В 1994 г. Вторая Общеевропейская конференция по транспорту, состоявшаяся на острове Крит,  определила  девять приоритетных коммуникационных коридоров с учетом  ожидаемого расширения европейского рынка и стратегических направлений перевозок грузов  и пассажиропотоков. Проект планировалось реализовать к 2010 году, однако неудачи экономических преобразований в  Восточной Европы ограничило масштабы его реализации.

Необходимо отметить и прагматические цели евразийской геополитики США. Америка не допустит усиления экономической мощи Европы за счет создания единого экономического пространства и транспортных коммуникаций.  И тем более, экономической мощи Европы и Китая за счет возрождения Великого Шелкового пути. От  северного и южного маршрута ВШП выиграют,  прежде всего,  Россия и Иран - геополитические соперники США в Евразии.  Поэтому родился  американский <мыльный проект>  срединной трассы, походящей через два моря (Каспийское и Черное) и Южный Кавказ. Америка  заинтересована в сохранении и расширении контроля над регионами, обладающими стратегическими запасами энергоресурсов, а не в усилении геоэкономической мощи других крупных геополитических игроков.

Столкновение фундаментализмов

Мифотворчество и имитация действительности, кризис  экономики, упадок морали,  уровня и качества  жизни, утрата рубежных функций многомерного  коммуникационного пространства между  Западом и Востоком  реально усиливают маргинальные процессы, способные взорвать сложившиеся статусные коммуникации в Восточной Европе. 

Современная крупномасштабная война может  вестись с помощью системообразующего  и системоразрушающего  информационного оружия. Основные поля сражения в этой войне переместятся из реального географического в духовное пространство. Приоритетными  станут методы воздействия на  сознание (ионосферу). Объектом поражения в информационной войне  являются  те ценности, которые возможно защитить  только  при наличии чувства достоинства и национальной гордости.  Это меняет главные приоритеты  национальной безопасности государства.

Сценарий такой войны  апробируется в Восточной Европе. Запад, вскормивший в девяностые годы на восточноевропейских просторах коррумпированную элиту (компрадорскую буржуазию), объявленной последними <оплотами демократии>,  начинает осознавать реальные угрозы для своего будущего благополучия. Запад стремится своевременно откреститься от  так называемых <стратегических>  союзников, выполнивших роль <пятой колонны>  по расколу геополитического пространства евразийского Хартленда. После необоснованных бесконечных авансов о скорейшей европейской интеграции настало время дистанцироваться от <неправильных> государств,  ставшими проблемами для цивилизованного мира (коррумпированные режимы, плацдармы для  транзита  наркотиков и нелегальной миграции,  форпосты для мировой криминальной  экономики и т.д.).

Особенность  <пятой колонны> заключается в том, что Запад её поддерживает на поле сражения с собственным народом. Но если элите <в законе> рано или поздно придется бежать за границу, то Запад этого не допустит. Элита <в законе>, взращенная на аморальном  бизнесе на государственных ресурсах, представляет  смертельную угрозу для существования правовых демократических государств. Поэтому возрастает вероятность Гражданской войны, главный фронт которой пройдет между живущими по евростандартам <оплотами демократии> и обманутым бедным народом.  

Для будущего Восточной Европы наибольшую опасность представляет не международный терроризм, о котором  вслед за Западом как попугаи твердят в странах, растранжиривших  геополитическую мощь,  а гремучая смесь рыночного (неолиберального) и религиозного фундаментализма, зараженного вирусом радикального национализма.  

Проиграв  мирное сосуществование  двух  мировых систем,  Восточная Европа начала строить  <дикий> капитализм с <последними оплотами> демократии и <героями> (казнокрадами)  капиталистического труда. Эта неолиберальная модель компрометирует Запад перед мировым сообществом, особенно на Востоке.Лжедемократия породила рыночный (неолиберальный) фундаментализм, убивающий в душах людей такие понятия, как честь,  совесть и долг.  Неолиберальный фундаментализм вывел на российскую столбовую дорогу в поисках добычи Стеньку Разина (борца с привилегиями)  и простых русских парней (а не только лиц не той национальности).  В евразийской России произошло столкновение рыночного  и религиозного (исламского) фундаментализма, в Украине рыночного и радикального национального фундаментализма. 

В основе рыночного (неолиберального) фундаментализма  лежит бизнес без моральных ограничений,  замешанный на казнокрадстве, попрании чести, совести и долга. Его носителем является  <элита в законе>, играющая  роль  внутренних террористов, стреляющих в народ и убивающих в душах людей честь, совесть и долг. Криминал и коррупция в союзе с символами демократии образовала в Восточной Европе  горючую смесь, где власть легко заполнила вакуум моральных ценностей  идеологией личной наживы. Даже Запад вздрогнул от открывшейся перспективы, представляющей угрозу  стабильности современному капитализму.  В Восточную Европу пришла не  демократия,  а  рыночный (неолиберальный) фундаментализм с  имитацией свободного предпринимательства и нравственных ценностей, включая веру в Бога.  Результат не заставил себя долго ждать.

Занесенная с Запада эпидемия  рыночного фундаментализма встретился в расколотом постсоветском пространстве Хартленда с религиозным фундаментализмом. В криминально - коррумпированной свободе для  бизнеса многие увидели угрозу для  религиозных ценностей. Поэтому так легко после падения  <железного занавеса>  рыночный и религиозный фундаментализм начали свою разрушительную работу в расколотом пространстве Восточной Европе, пораженной радиацией воинствующего атеизма. На Ближнем и Среднем  Востоке для такого столкновения нет  почвы.

Через Восточную Европу ныне проходит самый слабый фронт столкновения  рыночного  и религиозного фундаментализма.Произошло катастрофическое падение демографического и экономического веса православно-христианской цивилизации, дезинтеграция политического и конфессионального пространства. Возможно, впервые в истории, властные местные элиты, став по совместительству компрадорской буржуазией,   готовы предать народы и отказаться от своих корней, чтобы  ассимилироваться в Западе.      Для власти кончается лимит доверия граждан. Европейская интеграция оказалась болтовней, если не считать персональных <мерседесов> и  западных сантехнических  и других  евростандартов жизни для избранных <слуг народа>.  Чтобы сохранить во власти богатство  при нищем народе, нужна крепкая  <дружба> с американской администрацией, исповедующая двойные стандарты и закрывающая глаза на реальные права человека.  На худой конец,  сойдет и <крыша> Европейского Союза или Московского Кремля, чтобы спасать свои <семьи> или корпоративные группировки от собственного народа. Компрадорская власть должна окончательно  предать народ или покаяться, что маловероятно. У  многих народов, сохраняющих чувство собственного достоинства,  стратегия <бомжей>  вызывает презрение.  Рано или поздно оно появится у мусульман Восточной Европы.

Главные поля сражений

Крупнейшая территориальная держава  мира, ослепленная <чеченским синдромом>,  утрачивает  геостратегическое мышление, коммуникационную природу Большого многомерного пространства. Постепенно за последнее десятилетие стала доминировать  тактическая политика  <кремлевских  коридоров> и <аргунских ущелий>. Родился очередной миф - стоит только победить в этих теснинах и целостность, неделимость России будет обеспечена на века. Российская Федерация превратилась в кавказскую пленницу. Об этом свидетельствуют попытки примитивизации  событий на Кавказе, сведения их  только к проискам отдельных бандитов и экстремистов. В реальной действительности  на Кавказе  реализуется сценарий перманентной войны на границе Псевдо-Запада с Востоком. Россия выступила  здесь на стороне Запада,  предложив горскому народу  европейские ценности в собственной упаковке.  Символом аморального  рыночного фундаментализма стала Москва, а религиозного фундаментализма -   Чечня. Каждая сторона обвиняет друг друга в отсутствии <истинной> демократии или веры. Идет необъявленная война, жертвой которой становится  все больше невинных людей, а главный фронт проходит через души людей,  террористические и полицейские акции, через уничтоженные  города и  горские селения, взорванные жилые дома.

Исламский фундаментализм нельзя победить чисто военным или политическим путем, эта борьба за совесть проходит через души людей. Рыночный (неолиберальный) фундаментализм  такое же зло, как фундаментализм религиозный. Без осознания этого факта, Россия не только не победит в <полицейской акции> в Чечне, но превратится в  арену новых конфликтов, представляющих угрозу для целостности государства.  

Является ли Российская Федерация крупнейшей страной рубежной евразийской цивилизации или остается лишь православно-христианским Востоком? Куда приведет декларация о выступлении России на стороне Запада?  Сможет ли Россия при этом  стать гарантом мирного  диалога  православных славян и тюрок-мусульман?  Однозначного ответа нет.

Победное шествие неолиберализма с наивной попыткой заменить  политику и государство экономикой не состоялось. В <глобальном обществе риска>  единственный путь  к национальной безопасности  пролегает через  транснациональную политическую   кооперацию.

***

Казалось,  совсем недавно удалось относительно замирить южную дугу нестабильности в Восточной Европе, Кавказе и Центральной Азии, как на горизонте вновь появилась угроза очередного извержения потухших геополитических  вулканов этнонациональных и этноконфессиональных конфликтов.  Наступает время новой геополитической трансформации (тектонических сдвигов) на рубежах евразийских цивилизаций. Становится очевидным, что  немощная Россия оказалась не в состоянии обеспечить мир на геополитических рубежах бывшей империи.  И можно понять  после событий 11 сентября  2001 года желание  Соединенных  Штатов реализовать свое военное присутствие в этом регионе и взять под контроль местные <коррумпированные суверенитеты>. Трудно представить лучшего подарка для радикальных исламских  террористических организаций. С Америкой  можно будет сражаться не через Атлантический океан и не  на собственной территории.  Велика опасность, что таким полем сражения в современной истории  в третий раз станет  Восточная Европа.

Об опасной геополитической тенденции  свидетельствует и трансформация геоэкономического пространства. Пока остается потенциальная угроза этнонациональных и этноконфессиональных конфликтов на рубежах цивилизаций  не приходится рассчитывать на свободу перемещения товаров, услуг, людей и капиталов. Зоны прошлых конфликтов  -  это своеобразные <острова> советского геополитического  пространства, где,  как теперь стало очевидным,  был относительно высокий уровень жизни. Эти <острова> достались местным национальным элитам как <манна небесная> и они возомнили, что навсегда. Но природа человек не желает долго мириться с   имитацией действительности, падением уровня и качества жизни. И достаточно случайной искры, чтобы разгорелось пламя. Детонатор может быть разной природы. И проблемы <некомпетентных суверенитетов>,  кавказских ущелий, этнофобия или предвыборная дестабилизация.

Если  Западная Европа, арабский Восток и  АТР ушли на  десятилетие вперед, то Хартленд на несколько десятилетие назад. Образовался неэквивалентный материальный обмен,  уменьшились торговые потоки, пришли в запустение  коммуникации. Все это отрицательно сказалось на экономическом благополучии государств, расположенных на рубежах евразийских цивилизаций.  

Что же делать народам новых <неправильных> государств? Большинство, не  способное к самоадаптации в условиях рыночных отношений, спешит вскочить на подножку последнего поезда, уходящего к станции благоденствия. Этот путь, например, для многих молдаван проходит через Румынию,  для русского Крыма - через Россию,  для части грузин  - через Америку. Не важен вектор, опасны новые тектонические  подвижки в трансформирующемся геополитическом пространстве. После Балкан начинает возрождаться зарево  тлеющих конфликтов, способных стать детонаторами Большой войны.  Вот только несколько возможных  взрывоопасных зон.

За последнее десятилетие изменилось геополитическая обстановка в Юго-Восточной Европе. Если раньше Молдова была окружена государствами, выбравшими курс  на европейскую интеграцию, то сегодня стало очевидным, что Украина сходит с этого пути. Какая возможна интеграция с Россией, если  она отдалена новой <серой> зоной Европы, каковой стала Украина? Совершенно очевидно, что шанс у Румынии на европейскую интеграцию еще сохраняется.  Европейскому Союзу необходим выход к Черному морю. Болгария, находящаяся в тени Косова, пока имеет для этого меньше  шансов. В Молдавии подросло молодое поколение, лишенное ностальгии о советском прошлом.   Молдавская националистическая оппозиция провоцирует студентов и школьников на воссоединение с Румынией, чтобы таким образом оказаться в богатой Европе. С этим связаны надежды националистов на возможное  решение приднестровской проблемы. Если Молдова  объединится с Румынией, то  проблемой Приднестровья  займется НАТО. Американцы сбросят  самые справедливые и точные бомбы и ракеты, а западноевропейцы проведут <зачистку> территории. Возрождению Великой Румынии способствует и наличие нерешенных  территориальных проблем Украиной, где наблюдается падение  уровня и качества  жизни в Придунавье со значительным молдавским населением.  И где украинская власть <осуществила> крупномасштабную имитацию реформ с помощью <еврорегионов> и <свободных зон>.

Украина внесла весомый  вклад в раскол восточноевропейского геополитического пространства, сыграв роль <пятой колонны> Запада и превратившись в новую <серую> зону Европы.  Украина стала лидером рыночного фундаментализма, основанного на бизнесе на государственных ресурсах и представляющем угрозу европейской демократии.  Здесь  находится родина <мыльных> проектов дезинтеграции геоэкономического пространства Восточной Европы (ГУУАМ, энергетические и другие коридоры).  В России подросло новое молодое поколение, лишенное чувства ностальгии  к славянской дружбе народов и рассматривающую Украину как страну, подворовывающую  российские материальные и интеллектуальные ресурсы  и одновременно осуществляющую недружественную политику в отношении русского языка и культуры. 

Крым  периодически сотрясают конфронтации с киевской властью. Де-юре Крым уже более десятилетия входит в состав независимой Украины, а де-факто остается геополитическим островом, не вписанным в коммуникационный каркас государства.  Тлеет не решенная киевской властью проблема крымских татар. У украинской власти, с комфортом устроившейся на южнобережных курортах,  нет желания видеть глубинные причины нестабильности  в Крыму. 

Следующей опасным полем для сражений Третьей мировой войны является Кавказ. Здесь  исламский Восток  приблизился к границам  России. Война идет в Чечне. Не решены геополитические проблемы Абхазии,  Нагорного Карабаха, Южной Осетии и многие другие.  Сохранение  геополитического равновесия на Кавказе  осложняется  незавершенностью  формирования наций в Грузии и Азербайджане.  В Грузии правящий клан пытается сохранить власть с опорой на США. После продолжения  американской операции <безграничной справедливости>  на Ближнем Востоке,  Южный Кавказ может оказаться в геополитической мышеловке  между Чечней и Ираком. 

Образовавшаяся южная дуга нестабильности от Балкан до Афганистана отрицательно сказывается на экономике России и всего постсоветского  пространства, превращая его в геополитический  остров, где ограничены возможности  получения геоэкономической ренты (пока за исключением Москвы), а значит эффективной интеграции в мировой рынок. Современное мифотворчество, кризис  экономики, упадок  уровня и качества  жизни, утрата рубежных функций многомерного  коммуникационного пространства между  Западом и Востоком  реально усиливают нестабильность в пространстве расколотой советской цивилизации.

Сюрпризы геополитики

 

После распада  Советского Союза многие аналитики  предрекали  гибель оставшихся государств-цивилизаций, однако этого не произошло. Наоборот, наиболее эффективной формой транснациональной кооперации оказались государства- цивилизации или  мировые империи: Соединенные Штаты, Китай и Объединенная Европа. Соединенные Штаты создали из  страны мигрантов новую американскую цивилизацию, ставшей мировой империй с абсолютным преобладанием в военно-политическом, экономическом, культурном и информационном пространстве.  Главная геополитическая задача Китая - воссоединение в единых границах государства цивилизации.  Западноевропейская цивилизация строит Общий дом. В недавнем прошлом государством-цивилизацией был Советский Союз, отождествляемый в традиционной геополитике с Хартлендом или Сердцем Земли.

 Вот вам и сюрприз для бездумной  восточноевропейской элиты. Советский Союз,  который никогда не был  империей в классическом смысле, являлся той  возможной эффективной формой, которая могла противостоять  современным глобальным вызовам. Советская цивилизация была разрушена  собственными руками. В пространстве <одичавшего> сознания на сцену вышли доморощенные фундаменталисты с <новым мышлением> и довели рисковый социальный эксперимент до чеченской войны, готовой трансформироваться в противостояние цивилизаций.

В постсоветском пространстве образовались национальные государства,  исповедующие многовекторную политику протянутой руки в поисках нового хозяина.  Национальное государство преимущественно с коррумпированными дирижерами оказалось  неспособным к  самостоятельной внешней политике. Единственным достижением   стало  становление  местной национальной  <элиты в законе>, вышедшей на большую дорогу в поисках добычи и  приватизировавшие  общенародную собственность в особо крупных размерах.

Известно, что в западной цивилизации, где  развито свободное предпринимательство, а граждане обладают экономическим достоинством,  классическая формула  демократии определяется как власть посредственности. Та же посредственность становится главной разрушительной силой в социуме, где отсутствует развитое гражданское общество, свобода слова  и рыночные отношения.  Опьяненные свободой восточнославянские страны  оказались не в Европе, а в мышеловке собственного изготовления. Приступы <глупого рыночного романтизма>  закончились сокрушительным поражением,  образованием духовных и экономических пустынь, утратой достигнутых социальных завоеваний.

Для Восточной Европы наступил час истины. Пришло время избавится от крайностей мессианского величия и  самобичевания. Чтобы преодолеть упущенное время и не  превратиться в <черную дыру> человечества, надо научиться думать и жить своим умом.  Цивилизационный подход должен доминировать над геополитикой силы.  Чем шире границы диалога в многомерном коммуникационном пространстве, тем устойчивее будет Мир. Сегодня успех сопутствует тем, кто способен создать созидательную энергетику на рубежах многомерного коммуникационного пространства в данном месте и социальном времени. Восточная Европа,  несомненно,  обладает высоким потенциалом созидательной энергии народа, и искусство политиков заключается в том, чтобы от самолюбования перейти к созданию  цивилизованной формы гражданского общества. И народ ответит на это достижениями во всех сферах человеческой деятельности.


Вверх

 


 

«Геополитика сверхдержав»

Америка. Утомлённая супердержава Падение и взлет китайского Дракона Имперская геополитика. Великий час мировых империй Путь к процветанию государства

 


Воспоминания
Ландшафты памяти
Ландшафты путешествий. Города и страны
Ландшафты поэзии, музыки и живописи


Избранные статьи и посты
ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ПРОСТОРАМ РОДИНЫ ЧУДЕСНОЙ
Шейх Заид. Самая выдающаяся исламская личность


Павел Флоренский. Русский Леонардо да Винчи
Максим Горький. Писатель, купленный любовью народа
Иван Бунин. Певец пограничья природы
Анна Ахматова. Парящая в небесах
Николай Гумилев. Конкистадор истоков человеческой природы 
Николай Заболоцкий. Поэт философской лирики


Бесподобная Элеонора. Королева мужских сердец
Анна Вырубова. Фрейлина, монахиня, оклеветанная
Трафальгарская Венера. Символ красоты и силы духа
Париж. Лувр. Гимн обворожительным женщинам


Трансильвания. Замок Дракулы. Вампирский бренд Румынии
Где присуждают и вручают Нобелевские премии
Олимпийские игры. От Древней Греции до Сочи
Гибель мировой секретной империи
Великий час кораблей пустыни
Неугасающий ослепительный блеск Венеции
Карибы. Святой Мартин. Остров двух господ