logo
Институт геополитики профессора Дергачева
Сетевой проект
Аналитический и образовательный портал
«Пока мы не вникнем мыслью в то, что есть, мы никогда не сможем принадлежать тому, что будет». Мартин Хайдеггер

Геополитика. Русская энциклопедия

Интернет-журнал

Геополитика. Русская энциклопедия

Геополитика. Русская энциклопедия

Предисловие
Глава 1. Драма геополитики
Глава 2. Хартленд или сердце земли
Глава 3. Концепция рубежной коммуникативности
Глава 4. Мировой океан
Глава 5. "Мир равноразных миров"
Глава 6. Притяжение Европой
Глава 7. Падение и взлет Китая
Глава 8. Постсоветское геополитическое пространство
Глава 9. Восточный вопрос
Глава 10. Глобальная геоэкономика
Глава 11. Свободные экономические зоны
Глава 12. Геостратегия между Западом и Востоком
Глава 13. Украина на рубеже веков
Послесловие
Литература

 




   
   
   
Союз образовательных сайтов    
Яндекс цитирования    
Рейтинг@Mail.ru    
   



Лекции Гибель секретной Империи Гибель секретной Империи Гибель секретной Империи


Обсудить статью в дискуссионном клубе

Дергачев В.А. ГЕОПОЛИТИКА. — Киев: ВИРА-Р, 2000. — 448 с.


Глава 13.  УКРАИНА НА РУБЕЖЕ ВЕКОВ

 

"Государство создается не ради того только, чтобы жить, но преимущественно для того, чтобы жить счастливо..."

                  Аристотель "Политика"

 

Популизм   первых лет независимости  Украины сменился несмолкаемым плачем   об утраченных возможностях, дефиците  финансовых, материальных, энергетических и других ресурсов. Независимость, свалившаяся  как <манна небесная>, не стала  тем драгоценным сосудом, ради которого  идут на бескорыстный  патриотизм и самоотверженный труд во имя отечества. Национальная идея  скомпрометирована небывалой коррупцией и провинциализмом.  Такова природа человека - не ценится то, что достается  дешево.

Украину конца ХХ века пронизывает высокое напряжение энергетики <Мертвых душ> - узловой станции на политической карте страны. Доморощенный <предприниматель> от власти разъезжает на мерседесовских  бричках в поисках добычи, бессознательно цитируя бессмертного Гоголя: <Кто ж зевает теперь на должности? - все приобретают. Несчастным я не сделал никого..., пользовался я от избытков, брал там, где всякий брал бы; не воспользуйся я, другие воспользовались бы. За что же другие благоденствуют, и почему  должен я пропасть червем?... что скажут потом мои дети? Вот скажут, отец, скотина, не оставил нам никакого состояния!>.

Стало очевидным, что и стратегических запасов украинского сала (если не делиться с Россией) и мифической бочки с золотом, зарытой  запорожцами где-то в Англии, недостаточно для успешного становления государственности. Но в  мире общеизвестны примеры, когда обделенные природным богатством страны, стали процветающими. Значит  залог успеха  в чем-то ином?

 

Имеются неоспоримые предпосылки для  уверенного взгляда в будущее Украины. На территории страны расположен географический центр Европы и один из геополитических полюсов Евразии, компактная  и освоенная территория без экстремальных условий для жизни человека.  Страна трудолюбивых и образованных людей, умеренных природных стихий с плодородными почвами, не обделенная богатыми  минеральными и другими ресурсами. Высокий коэффициент транзитности территории  и выход к  морям создают благоприятные условия для мирохозяйственной интеграции. Но есть одно - потаенное богатство, открытие которого может проложить путь к процветанию  общества.

 

Природа богатства

 

Украина - рубежная страна, что отражено не только в ее названии, но и в положении на западе Великой Евразийской степи, на суперэтнических рубежах западноевропейской, славянской и исламской цивилизаций. Рубежная биполярность проявляется в наличии на территории страны географического центра Европы в Карпатах и евразийского геополитического полюса в Крыму. На протяжении веков мировые империи Запада, Востока, Юга и Севера формировали на этноприродных рубежах Евразийской степи и Черноморья геополитические форпосты вражды и мира, обеспечивающие как военный паритет, так и комплиментарные отношения между народами, включая свободную торговлю.

Этноприродные рубежи явились важным фактором объединения восточнославянских племен вдоль торговой коммуникации "из варяг в греки", которая в Черноморье пересекалась с Великим Шелковым путем. В период наивысшего расцвета Киевской Руси стольный Киев считался третьим по величине европейским городом, после Константинополя и Кордовы. Установление экономических и культурных связей с Византией ввело Древнерусское государство в круг передовых евразийских держав. Одним из важнейших итогов русско-византийских отношений было принятие христианства в качестве государственной религии Руси. В дальнейшем междоусобицы и, как результат, потеря контроля над торговыми путями, подрывают экономику и страна распадается на несколько княжеств. По мнению Льва Гумилева, Киевская Русь погибла из-за эгоизма и "шкурных интересов" правящей элиты, неспособной к самопожертвованию ради бескорыстного патриотизма.

Социокультурная рубежность Украины проявляется в этноконфессиональных традициях, национальной элите, в русскоязычном мире больших городов. После падения Киевской Руси восточнославянские земли становятся рубежом противостояния католического Запада и православного Востока. Крупные средневековые рубежные государства - Великое княжество Литовское и Речь Посполита - объединили славянские народы в борьбе против агрессии Тевтонского ордена, открыли путь западному культурному влиянию на восточнославянские народы. В украинские, литовские и белорусские города пришло самоуправление на основе магдебургского права (собственный суд, право земельной собственности и освобождение от большинства феодальных повинностей). Вольные города способствовали оживлению экономической жизни и росту населения.

Усиливающееся противостояние Запада и Востока привело не только к этноконфессиональным конфликтам на суперэтническом уровне, но и к расколу в восточнославянских землях, где наряду с католической и православной образовалась маргинальная униатская или греко-католическая церковь. Православно-католическая конфронтация послужила углублению культурно-исторических различий между восточными и западными украинцами, что дает о себе знать через триста лет. Ныне в стране, насчитывающей более 60 конфессий, произошел раскол в Украинской православной церкви. Этноконфессиональные конфликты используются в борьбе за светскую власть. Православная церковь неспособна  выступить в качестве  консолидирующей силы возрождения из-за внутреннего раскола и  борьбы за право <приватизации>  души.

Конфликтную структуру конфессионального пространства возможно преодолеть путем возрождения Киева как духовного центра восточных славян, правопреемника греко-византийской православной традиции. Необходимо перенести акцент славянской консолидации из плоскости российской "великодержавности" к разделению духовной и политической власти.

Социокультурные особенности украинского этноса формировались в условиях военной демократии казачества. Запорожская Сечь сыграла выдающуюся роль в консолидации народа. Отсюда истоки важной национальной традиции - украинцы более усердные служаки, чем русские. Рубежность этноса нашла отражение в понятии "казак". У славян - это люди границы, пограничники православия. Тюркское по происхождению слово "казак" означает людей, не признающих власть организованного степного общества. Людям границы принадлежат основные заслуги в колонизации новых земель, освоении Причерноморья, Сибири и Дальнего Востока. Они смелые воины и землепроходцы, но у них больше развито не стратегическое, а тактическое мышление. Природный фактор также наложил отпечаток на местном хозяйственном укладе. В отличии от московской Руси, где природно-климатические условия требовали объединения крестьян, обрабатывающих землю общиной, на Украине было распространено единоличное хозяйство.

Следующая особенность украинского этноса - малочисленность и незавершенность формирования национальной элиты, что представляет большую опасность для становления государственности. Нации без образованной элиты, способной на бескорыстный патриотизм и самоотдачу на благо государства, нежизнеспособны. Историческая маргинализация украинской аристократии проявилась в ее полонизации и русификации. По мнению О. Субтельного  немногочисленную украинскую элиту раздирали острые противоречия между украинофилами и русофилами, либералами, консерваторами и радикалами - по поводу выбора путей развития общества.

Социокультурная рубежность проявилась в становлении маргинальной русской культуры, которая является достоянием всего восточнославянского мира и основой межкультурного диалога русских, украинцев и белорусов. Цивилизованное приобщение к украинскому языку возможно через повышение уровня культуры, а не путем искусственного сужения русскоязычного информационного пространства и выкорчевыванием одного языка другим. Устарела концепция украинской нации, основанная на мировоззрении времен Великой французской революции и немецкого философа Иоганна Гердера, отмечавшего важность крестьянской культуры, местных языков и фольклора. Современное государство - это не национальный ансамбль песни и пляски, а комплиментарные отношения всех проживающих в нем народов. Государство обязано быть гарантом защиты свободы личности и прав конкретного человека.

Процесс модернизации украинского общества, начиная с отмены крепостного права, сопровождался нарастанием негативных тенденций, которые проявились в общих социальных корнях антикапитализма и антисемитизма. Всегда идеальным крушителем социальных устоев была деклассированная прослойка маргиналов-люмпенов. Бытует заблуждение, что все это ушло в прошлое.

Социокультурная рубежность отражается в политическом пространстве Украины. Здесь характерна территориальная клановость <элиты>. В первые годы независимости в государственной политике доминировала идеология "самостийности" в духе западноукраинского почвенного этноцентризма. Затем к власти пришла преимущественно русскоязычная <элита> - выходцы из промышленных районов Восточной Украины (днепропетровские и другие кланы). Для большинства крупных городов характерна активность представителей торгово-финансового капитала.

В уходящем веке в Украине отмечается смена полюсов политической ориентации. Если в начале столетия количественно и качественно среди революционеров преобладали выходцы из Правобережной Украины, то перед распадом КПСС удельный вес коммунистов в общей численности населения в восточных регионах был значительно выше, чем на западе республики.

Рубежность проявляется в межэтнических отношениях. С одной стороны, усиливается социокультурная переориентация некоренных народностей с пророссийской на проукраинскую. С другой стороны, кризис в обществе усиливает и противоположные тенденции среди русскоязычного населения. Особенно следует выделить проблемы малых народов, долгое время находившихся в российском геополитическом пространстве.

Социокультурная биполярность и рубежность украинского народа делает невозможным консолидацию общества на одной из культурно-исторических традиций - западноевропейской или пророссийской. Отсутствует политическая партия или движение с реальной консолидирующей программой. Раскачивание "качелей" между сторонниками разных социокультурных традиций уже привело к "троянским" завоеваниям украинской независимости, среди которых деиндустриализация, моральная деградация и деинтеллектуализация общества. Невостребованными оказались большинство граждан, кто бескорыстно и преданно служил государству. Игнорирование социокультурной рубежности стало исторической трагедией для одного из крупнейших европейских народов, длительное время не обладавшего государственностью.

* *  *

Социокультурная рубежность отразилась в формировании современной территории Украины, ее политико-административном устройстве. Особо следует выделить биполярность исторической Украины. Киевская Русь распалась на Залесскую, Поднепровскую, Червонную, Черную и Белую Украины. Залесская Украина стала ядром Московской Руси, а Поднепровье - этническим ядром украинцев. В эпоху Руины Украина была разделена между Польшей и Россией. Это усилило этнокультурные различия между восточными и западными украинцами, которые проявляются и ныне. Историческая Украина разделилась на Левобережную и Правобережную.

Социокультурная рубежность имеет принципиальное значение для политико-административного устройства страны. На протяжении ХХ века доминировало две крайности в территориальном устройстве Украины. Губернское устройство Российской империи закрепляло раздел исторической Украины на Левобережную и Правобережную. При советской власти, исходящей из принципа сделать всех одинаковыми, социокультурная рубежность была скрыта под покровом областного административно-партийного деления. Областное районирование было проведено в целях построения социализма на основе приоритета партийного и производственного принципов, усиления централизации управления экономикой и партийного контроля на местах (коллективизации и индустриализации). В центре внимания оказался не человек, а производство. Задача партии заключалась в том, чтобы "колесики и винтики" на местах крутились и вертелись. Во многих областях главной функцией местной власти являлось и остается управление сельским хозяйством.

Существующее административно-территориальное деление Украины включает автономную республику Крым, административные области и районы, города республиканского (Киев, Севастополь), областного и районного подчинения. Местным фундаментом государства остается область - главный оплот партии власти. В результате обострились противоречия между консервативной областью и крупными городами - лидерами модернизации украинского общества. При этом следует обратить внимание на опасную аналогию с развитием югославских событий, где этнонациональным и этноконфессиональным конфликтам предшествовала крупномасштабная конфронтация местных элит, использующих в борьбе за власть идею свободных экономических зон.

Биполярность отмечается в традициях городского (западноевропейского) и казачьего самоуправлений. Самоуправление было даровано Львову (1356), Каменец-Подольскому (1374), Луцку (1432), Киеву (1497), Полтаве, Чернигову и другим городам. Киев обладал магдебургским правом свыше трех столетий и утратил его последним в 1835 г. В разные периоды российской истории экономические привилегии (порто-франко и др.) с элементами самоуправления (градоначальства) имели портовые города Одесса, Керчь, Феодосия, Евпатория, Севастополь, Херсон и Николаев.

Территория Украины в современных границах сложилась в результате длительного развития на рубежах Запада и Востока, где под воздействием древнерусского, западноевропейского, российского и других геополитических и социокультурных пространств сформировались исторические области.

Западноевропейские традиции в Западной Украине, особенно в Галиции, Закарпатье и Северной Буковине насчитывают почти семьсот лет и характеризуются относительным либерализмом. Здесь влияние на формирование украинской нации оказывал католицизм. На протяжении полутора веков около 20% украинцев проживало в Австрийской (Австро-Венгерской) империи. После Первой мировой войны численность населения западных украинцев составляла около 7 млн. человек, 80% которых проживало в Галиции, остальные - в Закарпатье и Буковине.

В Восточной Украине формирование украинской нации еще не завершилось. Этот регион исторически связан с Россией и православием. Здесь выделяется историческая область Слободская Украина (Слобожанщина), возникшая в XVII-XVIII вв. на территории современных Харьковской и частично Донецкой, Луганской, Сумской областей Украины и Воронежской, Белгородской, Курской областей России. Слобожанщина заселялась украинскими казаками и крестьянами, бежавшими из Речи Посполитой, русскими служилыми людьми и беглыми крестьянами с севера.

Южная Украина последние двести лет заселялась и осваивалась украинскими казаками и крестьянами, русскими, европейскими колонистами, переселенцами из Османской империи. Исключительной особенностью этого этнокультурного региона было широкое распространение среди колонистов и других переселенцев гарантий личной свободы. На основе "разноплеменности" и веротерпимости здесь сложились сословия, каждое из которых занимало определенное место в разделении труда. В Южной Украине выделяются исторические области - Новороссия и Южная Бессарабия (Буджак). Особенно следует выделить Крым, имеющий самый большой исторический срок пребывания в геополитических пространствах крупнейших евразийских государств и империй.

Биполярность системы расселения и размещения производительных сил усиливает социокультурную рубежность. В регионах Восточной и Южной Украины отмечаются также острые энергетические и водохозяйственные проблемы. В Западной Украине в обозримом будущем особо будут сказываться последствия Чернобыля.

После распада Советского Союза вскрылись потенциально "сейсмические" геополитические зоны в Юго-Восточной Европе и Черноморье, где вновь обострилась проблема Проливов. Обнажились старые политические, экономические и этнические границы, что особенно наглядно проявляется на примере "пакта Молотова-Риббентропа". В соответствии с секретными статьями Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 года и германо-советского договора о Дружбе и границе между Германией и Советским Союзом от 28 сентября 1939 года Западная Украина и Бессарабия вошли в советскую сферу влияния. Галиция и Восточная Волынь были воссоединены с Советской Украиной. Советским Союзом в нарушении принятых соглашений были "перевыполнены" секретные статьи пакта за счет Северной Буковины. В Украину вошла также Южная Бессарабия, а левобережное Приднестровье, имевшее с 1924 г. права автономии, было передано провозглашенной Молдавской ССР.

Закарпатье, Северная Буковина, Южная Бессарабия и Крым являлись  частью геополитического пространства Советского Союза, и в независимой Украине стали наиболее депрессивными районами и своеобразными  геоэкономическими <островами>, не интегрированными в коммуникационный каркас  государства. Если имитация реформ ведет к упадку  территорий с преимущественно титульным этносом, то в пограничных геополитических полях  она  вызывает усиление центробежных тенденций.

Украинское общество формировалось преимущественно на западноевропейских и восточноевропейских социокультурных рубежах. С Запада пришли традиции индивидуализма и самоуправления, а от России - общинные традиции и достижения индустриализации. Рубежность традиций коллективизма и индивидуализма, неприятие "духа капитализма" для большинства людей с советским менталитетом, затрудняют выбор "чисто" социалистического, капиталистического или традиционалистического путей развития.

***

Украина утратила в 90-х годах  геополитическое  и геоэкономическое положение  из-за добровольного отказа от статуса ядерной державы и  значительного разрушения ВПК,  финансовой и энергетической зависимости от внешних источников,  устойчивого экономического упадка,  ослабления коммуникационного каркаса страны из-за потери транзитных функций и  гибели торгового флота, крупномасштабной имитации реформ,  отсутствия  стратегического видения и политической воли. Украина не имеет собственной геостратегии, кроме <многовекторной политики протянутой руки>, является  пассивным субъектом   геополитики крупных держав.

Среди  стратегических партнеров  Украины числятся США, Россия, Польша, Узбекистан и Китай, кроме того  выделяется особое партнерство с ЕС и НАТО. В американской геостратегии   потенциальное успешное развитие Украины   рассматривалось как ключ к стабильности в постсоветском пространстве, но половинчатая модернизация,  породившая  мощную коррумпированную элиту, показала  иллюзорность этих планов. По мнению Бжезинского, Украина заслуживает  мощнейшей геополитической поддержки со стороны США как ключевое государство, затрагивающее будущую эволюцию  России.  Украине предлагается роль <пятой колонны> в Европе и разрушителя хартленда - осевого региона Евразии (восточнославянского мира).

 При реальной разномасштабности  государства-цивилизации Китая и Украины скорее всего уместно говорить о стратегическом  партнерстве на уровне <бумажных тигров>. Современное население и ВВП Китая больше украинского, соответственно, в 25 и 36 раз.  ВВП Украины  в 1997 году  был в 3,3 раза меньше, чем на Тайване  и в 1,5 раза меньше  Сянгана (Гонконга). 

Власть, объявившая себя сторонниками реформ и интеграции с Западом,   практически реализовала   мечты   коммунистов и других левых сил.  Украина как никогда и все с большей скорости отдаляется от Западной Европы. В  стране отсутствуют и не появятся в обозримом будущем  предпосылки для  вступления в ЕС и НАТО.

Для вступления в ЕС одного желания  Украины или доброй воли  западноевропейских стран недостаточно, необходим соответствующий уровень основных макроэкономических показателей. За 90-е годы разрыв в этих показателях не только не уменьшился, но  значительно возрос. Внешнеторговый оборот  между Украиной и ЕС отстает от большинства стран Центрально-Восточной Европы. ЕС не признает Украину страной с рыночной экономикой и регулярно проводит   антидемпинговые  расследования  против украинских товаропроизводителей, особенно на рынке металлов, составляющих основу  украинского экспорта.

Украинская армия  сократилась  с начала провозглашения независимости с 700 до 320 тысяч (не считая 100 тысяч гражданских служащих), но остается  третьей по численности  в Европе. А если исключить евразийские Россию и Турцию, то  страна обладает самой крупной по численности  европейской армией. Ежегодный  реальный бюджет армии составляет не более 500 млн. долларов, что  по масштабам НАТО  недостаточно для содержания  одной дивизии. Украина  не располагает  финансовыми средствами для модернизации,  содержания армии и её сокращения.  Вступление в НАТО  налагает  определенные  обязательства по  увеличению   расходов на армию, примерно, до 5 млрд. долларов или в 10 раз. Таким образом разговоры о вступлении Украины в НАТО являются не только  пустым сотрясением  воздуха, но и могут иметь негативные  политические последствия, особенно во взаимоотношениях с Россией.

И на этом  фоне создается мифическая международная организация ГУУАМ, включающая кроме Украины Молдову, Грузию, Азербайджан и Узбекистан. Во внешней торговле Украины  доля этих стран составляет менее одного процента. Из-за ограниченных инвестиционных возможностей призрачны и усилия  ГУУМА по  реализации <проекта века> по транспортировки  каспийской нефти  через Украину.

 

Политическая география

Ныне Украина - государство де-юре, а де-факто часть  постсоветского  пространства, на котором  различные  корпоративные  группы  ведут  борьбу за власть  и передел собственности. Парламентские выборы 1998 года  показали, что в Украине  произошла политическая структуризация не  общества, а  борющихся за власть  корпоративных групп. Большинство  политических партий, образованных  непосредственно перед выборами, формировались  по технологии  <мыльных опер>, включая  в авангард  партийный  <паровоз>, директоров  банка, рекламной фирмы   и телеканала, а  также  артиста, певца, ученого  или футболиста, а в  <левых> партиях  - крестьянина или  рабочего с серпом и молотом.

Из 30 партий и избирательных блоков преодолели  обязательный четырехпроцентный барьер коммунисты (24%), Народный Рух (10%), блок социалистической  и селянской партий (9%), партия зеленых (5%),   а также народные демократы, <Громада>, прогрессивные социалисты  и объединенные социал-демократы.  С учетом  мандатов, полученных в общегосударственном и мажоритарных округах,  левые и оппозиция  получили  45% мест, реформаторы - 28% , беспартийные и другие  - 27%. Но было бы опрометчиво  по партийной принадлежности делать выводы о  общей расстановке  политических сил. Многие кандидаты в народные депутаты  выбирали партии не по  идейным соображениям, а исходя из  прогнозируемых  возможностей  вхождения во власть. Поэтому в списке коммунистов  можно встретить несколько  десятков капиталистов, а среди социал-демократов  - самых <крутых> представителей  коммунистической  номенклатуры (бывшие секретарь  ЦК КПУ по идеологии  и председатель республиканского КГБ).  Сенсацией стало  появления на политическом небосклоне партии зеленых, включающей в свои ряды  <защитников> природы от нефтяного бизнеса. Но украинская история напоминает - когда  выясняют отношения <красные> и <белые>  на дорогу власти выходят  <зеленые> и не всегда из-за любви к природе.

 <Пиррову  победу> одержала главная пропрезидентская дважды народная (народно-демократическая) партия власти, имевшая самый большой  официально зарегистрированный  избирательный фонд и другие широкие возможности воздействия на ход парламентских выборов. Эта партия  наглядно иллюстрирует  глубокий кризис идентичности  в Украине. Внешне  партию  можно классифицировать  как правящую  корпоративную группу неокоммунистов-реформаторов, однако по своему  внутреннему содержанию она  напоминает  истинно воскресшую  после потрясений  и шока начала 90-х годов  коммунистическую партию, использующую ныне в борьбе за власть уже не булыжник пролетариата, а имитацию капиталистических реформ. Отсюда  - истоки  противоречия. Выступающая на словах  за реформы партия власти больше всего их боится, так как  для неё  смертельно формирование сословия граждан, обладающего экономическим достоинством.

Парламентские  выборы  показали низкие потенциальные возможности партийных лидеров, претендующих на пост президента страны. В Украине исчерпан запас доверия избирателей  не только к партии власти, но и попыткам реформировать  общество на крайних  национал-демократических идеях и реставрации <Союза>. Победа  ряда партий была обеспечена не личностными качествами их лидеров, а мастерством  профессионалов, предложивших  современные  политические технологии.

При идентификации украинских партий с западными  было бы опрометчиво отождествлять с последними  <доморощенных> радикалов, демократов, либералов и консерваторов. Если, например, в Великобритании консерваторы  представлены в основном выходцами из аристократии и выпускниками  Оксфорда или  Кембриджа, то в Украине  - <элитой в законе> или  непереводимым на иностранные языки  простонародным словосочетанием.

Когда в стране соотношение легальной и теневой экономики <фифти фифти>, следует обратить внимание на реальное  влияние криминального капитала на политическое пространство.  Уже не из области фантазии примеры, когда  претендент  на вхождение во власть  в случае победы  становится народным депутатом, а проигравший может оказаться уголовником. Во время выборных кампаний характерным явлением становится перемещение  физических лиц  между следственными изоляторами и законодательной властью. Демократические выборы по-славянски   выявили  новую тенденцию  народного волеизлияния. Электорат не только не видит принципиальных  различий между  коррумпированной <элитой в законе>  и криминалитетом, но и отдает предпочтение  <ворам в законе> как более <честным>. Типичным  примером  такого народного волеизлияния стал  эффект <Прыща>, когда <вор в законе> был избран городской общиной мэром  Нижнего Новгорода.

Было бы неверным, как это делает официальная власть, воспринимать данное явление как случайное недоразумение. В постсоветских странах вскрылся еще один результат социальной стратификации прошлого. Как известно, основным союзником и опорой коммунистической партии в борьбе с инакомыслием  был уголовным мир,  о чем свидетельствует история  Гулага. Поэтому  не случайно  на последних парламентских выборах в Украине  бывшая партноменклатура  в борьбе со своими конкурентами  апеллировала  не к  библейским заповедям или  современным правам  человека, а к <ворам в законе>, предоставляя им государственные  информационные  коммуникации.

Незавершенность процесса формирования государственности, социокультурная  рубежность и экономические факторы  обусловили формирование  в Украине  многочисленных  региональных корпоративных кланов, среди которых днепропетровский, харьковский, донецкий и  львовский доминируют  в политическом пространстве страны. Хотя Конституция   декларирует широкие права местного самоуправления, местная маргинальная, преимущественно областная, <элита в законе> не может существовать  без  экономически зависимых субъектов  управления. В основе  острых конфликтов  между назначенными Президентом  главами областных администраций (губернаторами по российскому или префектами по западному) и избранными территориальными общинами городскими головами (мэрами по западному) лежат не  только  несовершенные  законодательные  и налоговые взаимоотношения, но, в первую очередь, особенности менталитета. Областные  госадминистрации, являясь последним оплотом <элиты в законе>, не могут  допустить  наличие на подведомственной территории  экономически самостоятельных  и самоуправляемых субъектов, особенно крупных городов - лидеров  украинской модернизации  с  <лакомыми> объектами  приватизации. Главы областных госадминистраций, избранные не  в результате волеизлияния  электората  территориальной общины, <служат> центральной власти, для чего достаточна имитация деловой активности. Такая безответственность не снилась  бывшим  первым секретарям обкомов партии,  хотя бы формально избираемым   местной парторганизацией. Отсюда <феномен> исполнительной власти в Украине,  декларирующей  намерения по проведению реформ и одновременно выступающей их главными имитаторами.

В отличии от России, где велико противостояние между  федеральным центром  и регионами, в Украине  при слабом центре  наблюдается соперничество региональных корпоративных  кланов, каждый из которых  имеет ту или иную  политическую окраску.

На парламентских выборах  1998 года коммунисты  лидировали по партийным спискам  в 15 из 24 областей, Республике Крым, Киеве и Севастополе. Они образовали  <красный> пояс на востоке и юге страны, где  получили свыше 30 % голосов  в Донецкой, Харьковской,  Черниговской,  Запорожской, Николаевской, Херсонской областях и Республике Крым, а в Луганской области и Севастополе - по 46%, что является  самым высоким показателем для партий. Основные оппоненты  КПУ  - Народный Рух традиционно получил большинство голосов избирателей  на западе во Львовской , Ровненской, Ивано-Франковской, Тернопольской и Волынской  областях. В Закарпатье лидировали объединенные  социал-демократы, в Днепропетровской области - партия <Громада>, в Черкасской и Хмельницкой   областях - блок социалистической и  селянской  партий, в Винницкой и Николаевской областях - народно-демократическая партия. Прогрессивная социалистическая партия набрала свыше 20% голосов в Сумской области и преодолела  четырехпроцентный  барьер в других пограничных с Россией областях. Партия зеленых набрала  11% голосов в Одесской области, где уступила только коммунистам.

Заслуживают внимания  региональные результаты  партий и блоков, не преодолевших заветный четырехпроцентный барьер  в общегосударственном округе.  Национальный фронт получил  свыше  20% голосов  по партийным спискам  в Ивано-Франковской и Тернопольской областях, а противоположный ему по  программе блок <Союз>, выступающий за интеграцию с Россией, - 11%  и второе место в Крыму. Партия <Реформы и порядок>, которую  западные политологи  считают  единственно реформаторской,  набрала 13% голосов во Львовской области.  Аграрная партия набрала 15% голосов  в Волынской области, уступив только Руху. Почти половина из 30 партий и блоков, принявших участие в парламентских выборах, не смогли преодолеть однопроцентный рубеж, в том числе  с крайне националистическими программами. Как это не парадоксально, но наиболее образно  о результатах парламентских выборов  говорят названия абсолютных аутсайдеров - партийных блоков <Европейский выбор Украины> и <Меньше слов>, куда вошло объединение <Государственная самостоятельность Украины>.

Результаты  парламентских выборов   по основным  социокультурным  регионам Украины отражают биполярность  партий победителей. Коммунисты  победили  на Востоке и Юге, а Рух  - на Западе,  тогда как  столичный Киев продемонстрировал   компромиссный вариант.  Особый интерес представляет  анализ результатов выборов по историческим  социокультурным областям. Обращает на себя внимание  незначительные различия в выборе  партийных предпочтений  между  административными единицами, входящими в одну   историческую область и  существенные различия между последними. Так, например, исторические области Западной Украины  опровергают  сложившееся мнение о  доминирующей роли  Руха. Если  его лидерство в Галиции (Львовская, Ивано-Франковская и Тернопольская области) неоспоримо, то на Волыни  наблюдается более широкий спектр предпочтений. В Закарпатье  популярность партии народного руха  значительно снижается, здесь  <вотчина> объединенных социал-демократов, а  на Буковине (Черновицкой области)  доминируют коммунисты.

КПУ  лидирует в большинстве   исторических областей (за исключением Галиции и Закарпатья), левые и оппозиция  (коммунистическая, социалистическая, селянская партии, прогрессивные социалисты и <Громада> )  набрали свыше 50% голосов  в Приднепровье (Днепропетровская, Запорожская и др.), Слобожанщине (Харьковская и Сумская области), и Черниговщине, которой  принадлежит абсолютный рекорд  неприятия проводимой в стране политикой (56%). Дотационная Черниговская область является родиной  президента Украины и одной из наиболее депрессивных в экономическом  отношении  территорий страны с  исключительно неблагоприятной демографической ситуацией. Здесь самая высокая доля нетрудоспособного населения, лица пенсионного возраста составляют  46 %. Область  занимает первое место в мире по числу онкологических заболеваний (рак щетовидки), от Чернигова до взорвавшегося реактора  Чернобыльской АЭС - чуть более семидесяти километров.

 Условно реформаторские  победившие партии и блоки (Народный рух, народно-демократическая, объединенная социал-демократическая партии, партия зеленых ) набрали значительное  число голосов на западе страны в Закарпатье (49%),  Галиции (39%) и Волыни (35%). С учетом  результатов  проигравших партий, в Украине выделяются два политических  полюса -  Киев и Львов, где реформаторы  набрали свыше 50 % голосов. Обращает на себя внимание  низкий рейтинг  народно-демократической  партии власти,  не преодолевшей четырехпроцентный   барьер в Киеве, Одессе, Днепропетровске, Донецке и других крупных  промышленных и культурных центрах страны.

Если попытаться нарисовать собирательный образ <партий> на местах, то  скорее всего  это будут ... беспартийные региональные  группировки, ведущие  борьбу за передел собственности.  Различия  между самыми  <крутыми> реформаторами и консерваторами настолько условны,  что когда начинается борьба за власть, <цвета> местных партийных организаций  не имеют  существенного значения. Если на выборах 1994 года  между  корпоративными группами   иногда делились сферы  влияния: одни получали  город, другие село, то на выборах 1998 года  ситуация изменилась. В сельской местности делить  уже нечего и разгорелись бои  местного значения за передел собственности, особенно в крупных городах.

Парламентские  выборы в Украине показали, что искусственная  политическая структуризация общества  <сверху> не привела  к созданию цивилизованного политического поля, а только усилила  анархические тенденции. Победившие партии  по западным оценкам  таковыми не являются, а представляют собой  корпоративные группы. Несмотря на соперничество  политических партий и региональных корпоративных групп ни одна  из них  не может претендовать  на лидирующую роль в стране.

Стало очевидным, что проблемы   становления украинской государственности не имеют простого экономического или  политического решения, а являются следствием системного  кризиса  культурной  идентичности, неспособностью беспочвенной  <элиты в законе> осуществить модернизацию общества, избегающей  примитивной вестернизации. Слепое заимствование  чужих традиций,  имитация  реформ  уже отбросило страну на мировую периферию и грозит  другими  непредсказуемыми последствиями.

 

Проигранные геоэкономические войны

В конце ХХ века  <холодный> мир сменился региональными геоэкономическими войнами. Наряду с внешнеторговыми идут сражения  за  транзит грузов, транспортные коридоры, энергетические ресурсы,  региональные условия хозяйствования и рынки сбыта.  Для победителей эти войны заканчиваются экономическим ростом, а для побежденных -  потерей  геостратегического  положения  страны или  регионов, утратой  транзитных функций  транспортно-коммуникационных узлов и, в конечном счете, падением уровня и качества жизни граждан.

Геоэкономическая война по-украински имеет свои особенности. Можно сказать, что это странная война. Чем больше вошедшие во власть  <полководцы> получают знаков отличия и материальных наград, тем больше теряет государство и  рядовые граждане. За годы независимости  утрачено создаваемое столетиями богатство, которое  не мог разрушить самый коварный враг.  В результате <стратегии> имитации деловой активности  <элиты в законе>  проиграны геоэкономические   войны, среди которых   имитация  реформ,  открытой экономики и энергетической безопасности, утрата торгового флота и  транзитных функций, упадок промышленности и сельского хозяйства,  низкий жизненный уровень и разрушающиеся  крупные природно-техногенные  объекты.

***

Об экономическом кризисе  пишут и говорят на протяжении целого поколения. Но нельзя быть  вечно беременной. Экономический  кризис есть тяжелое  переходное  состояние  на пути к определенной цели, а при отсутствии таковой  - более уместно  квалифицировать происходящее как  тенденции устойчивого  упадка хозяйства.

Украина все больше ассоциируется в мире не только с Чернобылем, но и с крупномасштабной коррупцией, особенность которой  заключается в стремлении распродать государственность оптом и в розницу. Обратимся к статистике. В ежегодных Докладах ООН по проблемам развития человечества публикуется индекс гуманитарного развития, учитывающий данные о валовом внутреннем продукте (ВВП) на душу населения, продолжительности жизни, детской смертности, уровне образования и экологии. По этому интегральному показателю Советский Союз занимал в 1990 году 26-е место в мире. За годы независимости Украина опустилась с 45-го на 102-е место, Белоруссия - с 38-го на 68-е, Россия - с 37-го на 72-е место. Среди постсоветских стран Белоруссия занимает самое высокое место по данному индексу, а Украина - одно из последних, добившись такого <успеха> в мирное время, без этнонациональных и этноконфессиональных  конфликтов.

Можно такое соотношение  мест  объяснять  несовершенной статистикой в отдельных государствах. Несомненно, наибольших экономических успехов в постсоветском пространстве  достигли страны Балтии, но увы, какой ценой. Эстония, Литва и Латвия лидируют в Европе по  числу самоубийств на душу населения, расплачиваясь за высокие темпы  рыночной интеграции человеческими жизнями. Наименьший социально-психологический дискомфорт  испытывают жители Белоруссии, власть которой в условиях стратегической неопределенности максимально сохранила  контроль за производством  и советский образ жизни.

За годы независимости  Украины в два раза  снизилось производство в промышленности, 60% которой был <встроено> в советский ВПК. Из-за катастрофического износа  основных производственных фондов и по другим причинам 30% предприятий убыточны и срочно нуждаются в инвестициях. В бывшей  сельскохозяйственной  житнице Советского Союза  производство зерна  сократилось на 58%, мяса и сахара - на 60% и молока - на 76%. В стране утрачен реальный контроль за денежными  потоками, доходами и расходами, а по данным Всемирного Банка свыше 25 млрд. долларов вывезено за границу. Государственный внешний долг составляет свыше 10 млрд. долларов. Произошло тотальное  обнищание населения: доля жителей, находящихся за чертой бедности, увеличилась с 300 тысяч до 30 млн. человек. Уровень  реальной безработицы в экономике составляет 40%, а в науке - 80%.

Демографический фактор развития страны  крайне неблагоприятен. За последние годы  произошло резкое снижение  рождаемости и увеличение смертности. В результате  отрицательного естественного прироста  населения Украина лишится в последнем десятилетии  уходящего века 2,2 млн. граждан. По данным Института экономики  НАН Украины в первой четверти ХХ1 века население страны  сократится  по сравнению с переписью населения 1989 года  с 52 до 42 млн. человек. Доля граждан, старше 60 лет, увеличится с 20 до 25 процентов. По численности  пенсионеров и рождаемости в расчете на 1000 жителей страна  занимает соответственно  первое и последнее места в постсоветском пространстве, а по  продолжительности жизни - 120 место в мире. Сокращение воспроизводства трудовых ресурсов  отрицательно сказывается на  развитие отечественной экономики. Происходит старение электората, в составе которого преобладают  наиболее пострадавшие  от непродуманной  социально-экономической  политики граждане, что отражается  на результатах выборов.

В обозримом будущем  экологическая обстановка  в Украине  будет определяться  в первую очередь последствиями  чернобыльской  трагедии, радионуклидное загрязнение  угрожает  здоровью  значительной части населения и затрагивает  площадь 4,6 млн. га  сельскохозяйственных  угодий. Неудовлетворительное  качество питьевой воды  и атмосферное  загрязнение в промышленных районах  еще больше  обостряют  экологическую проблему. И, наконец, обратимся  к  явлению, которое не может  отразить  самая лучшая статистика.

Конституцией Украины декларируется построение  правового  демократического государства на подобии  западных обществ. Однако, социальные институты, обеспечивающие  преобразования в западноевропейском обществе не всегда приемлемы, для других культур, где существует приоритет  государства над личностью. Либерализация не всегда означает  демократизацию в стране, где любовь к ближнему выше  закона, а чувство коллективизма доминирует  над индивидуализмом. В результате  на пути  к европейской  интеграции <опьяненная  свободой> Украина  погрузилась в мифологический хаос. Среди  рожденных многочисленных мифов наибольшее распространение  получили мифы  о государстве,  демократии и простых решениях: <стоит только отдалиться от России и ...>, <Запад нам поможет>, а также  надежды на чужие  модели <экономического чуда> (от американской до китайской), на свободные экономические зоны  и т.п. При этом предпринимаются попытки  совместить  несовместимое - открытое  общество и либеральную экономику с некомпетентностью  в политике, бизнесе  и науке.

***

За годы независимости в Украине созданы основы мирохозяйственной интеграции, подписаны международные соглашения об экономическом сотрудничестве, в том числе  со всеми соседними странами. Верховная Рада приняла законодательные акты для привлечения иностранных инвестиций, активизации внешней торговли, создания свободных экономических зон и развития совместного предпринимательства. Разработанные с учетом западного опыта, они, по мнению специалистов, должны  были обеспечить  цивилизованную либерализацию и открытость экономики. Однако этого не произошло. Заимствованные  прогрессивные формы  мирохозяйственной  интеграции  в условиях  другого  социокультурного пространства оказались наполненными иным содержанием. В частности, не были учтены рекомендации о поэтапном переходе  к открытой экономике на основе создания преференциального  режима на ограниченных территориях, где можно было без ущерба  для страны отработать интеграционный  механизм. В условиях  открытости  экономики и недостаточного профессионализма, доминирования  личных и корпоративных интересов над государственными  неоправданный  <рыночный романтизм> привел к <шоковой> либерализации внешнеэкономической  деятельности, обернулся  огромными убытками, исчисляемыми миллиардами долларов. Из-за экономически необоснованных контрактов  на грани банкротства оказались многие предприятия  судостроения, нефтепереработки, морского  транспорта и  других отраслей хозяйства. Особенно наглядно имитация открытой экономики  иллюстрируется на примере <мыльных> проектов свободных экономических зон.

Идея создания свободных экономических зон как призрак <светлого будущего>, очередного <чуда> в  пространстве экономического кризиса уже  десятилетие  бродит  по  Украине. Именно здесь  началось <победное> шествие намерений по созданию СЭЗ, охватившее в исторически короткие сроки огромную территорию  от Одессы до Чукотки. Когда уже в далеком 1988 г. автор статьи впервые выступил с концепцией поэтапного перехода к открытой экономике  на основе формирования  СЭЗ , трудно было предположить, что <зональный> романтизм приведет к крупномасштабной имитации  современной  формы мирохозяйственной интеграции. Время подводить итоги.

Намерения по созданию свободных экономических зон в условиях другого социокультурного  пространства оказались  наполненными иным содержанием.  <Шоковая> либерализация  внешнеэкономической деятельности ускорила вывоз отечественного капитала, что привело к формированию за пределами Украины <зон процветания>  в Турции, Кипре, Польше, Швейцарии и других странах. В конце ХХ века благодарные  народы  этих государств имеют все основания  воздвигнуть  величественный монумент  украинскому правительству, экономическая политика  которого явилась  для них по истине <манной небесной>.

На протяжении  десятилетия идея создания свободных экономических зон стала настоящим <Клондайком>. Не один эскадрон народных избранников, вооруженных этим намерением, въехал во власть. Как свидетельствует мировой опыт, и в будущем, если идея   приносить политический капитал, она будет эксплуатироваться таким образом.

При отсутствии реальных региональных и отраслевых программ развития идея создания свободных экономических зон  активно используется властью в качестве эликсира бодрости в кризисной ситуации.  Президентом  Украины подписано несколько десятков указов о специальных экономических зонах  и режимах инвестиционной деятельности при возникновении социальной напряженности в депрессивных районах или стихийных бедствиях. Разгораются  крупномасштабные забастовки шахтеров - пожалуйста, принимается  указ о создании специальных экономических зон в Донецкой области. Надо решать проблему Чернобыльской АЭС -  возникает идея  СЭЗ <Славутич> для атомщиков. После фактической гибели Черноморского пароходства и торгового флота страны объявляется о создании мини-зоны в Одесском порту.  Не можем завершить делимитацию государственной границы  и решить спорные проблемы  с Молдавией и Румынией - пожалуйста, удивим  мир, и, не имея отечественного опыта, создадим  специальную зону на границе трех государств. Таким же  путем  предлагается решать кризис в машиностроение и судостроении  в Краматорске и Николаеве, проблемы горняков   в Криворожье и рыбаков  в  Ильичевске, развитие курортных  районов (Крым, Трускавец), преодоление последствий стихийного бедствия в Закарпатье и так далее.

Особо стоит остановиться на широко  разрекламированной первой отечественной СЭЗ <Сиваш> в Красноперекопском районе Крыма,  где  на очереди целое ожерелье  новых проектов. Здесь особо проявилась тенденция  создания  преференциального режима для депрессивного района, где убыточным предприятиям  предоставляются значительные  налоговые, валютные, таможенные и лицензионные  льготы, а местные администрации становятся, по сути, <хозяевами> зоны. Правда, авторы проекта справедливо  дают  следующее название  своему  первенцу  -  специальная государственная экспериментальная экономическая зона. Естественно, с таким названием  до свободного предпринимательства  и иностранных инвестиций далеко, как до Луны. Здесь неуместны  ссылки на  зарубежный опыт, где за океаном в богатой  североамериканской стране  относительно депрессивным территориям  предоставляются льготы для создания новых рабочих мест  преимущественно для малого и среднего бизнеса,  что более выгодно, чем платить  государственные пособия по безработице.

Но зачем сравнивать с США, когда имеются более близкие и знакомые аналогии. Механизм создания  СЭЗ по-украински  напоминает заповедники коммунизма из  недалекого прошлого, когда энергичный руководитель добивался  льгот для создания образцово-показательного  колхоза или завода в социалистическом окружении. В нынешней обстановки власть по сути раздает индульгенции  депрессивным районам за счет находящихся не в лучших условиях товаропроизводителей всей страны. Только в отличии от средневековья, где индульгенция рассматривалась как  грамота об <отпущении грехов>, украинский вариант предусматривает отпущение  долгов  только  избранным или социально опасным для  правительственного благополучия  территорий. Не проще ли вместо имитации  создания СЭЗ по-украински, компрометирующих страну на внешнем рынке, разработать правительственную концепцию создания  одной единственной  зоны  здравого смысла в налогообложении  для всех  товаропроизводителей, включая малый и средний бизнес? Но не будем  во всем  упрекать правительство, что ныне не делает разве что очень ленивый гражданин.

Посильный вклад  в создавшееся  положении внесла  отечественная экономическая наука, которая оказалась  неспособной обеспечить  достойный уровень бизнес-проектов, основанных на устаревших  региональных концепциях социально-экономического развития. Складывается впечатление, что  большинство из них  выполнены на другой планете, где связь с Землей была прервана в последние годы.  Возможно, кому-то эти  <издержки>  науки покажутся незначительными  по сравнению с крупномасштабным  разбазариванием  богатства страны. Но именно с имитации научно-исследовательской  деятельности, <мыльного> проекта, необоснованного прогноза  или тенденции  развития начинают материализоваться  <результаты>  в виде спада производства, огромных убытков, неблагоприятного инвестиционного климата, реального падения  уровня и качества жизни. Не случайно, западные аналитики оценивают <государственные> СЭЗ по-украински, без свободы для предпринимательской деятельности, как пугало для зарубежных инвесторов.

В условиях глобализации мировая экономика предъявляет новые требования к региональным условиям хозяйствования, где налоговые льготы перестали быть доминирующим фактором. Изменилась и экономическая ситуация  в Украине, где правит бал бизнес на государственных ресурсах, обеспечивающих  высокую  норму прибыли.

Создание  многочисленных <точечных> налоговых льгот в слабом государстве может привести к утрате контроля  со стороны исполнительной власти. Как свидетельствует зарубежный опыт, налоговые  преференции  зачастую оказываются под контролем  криминальных группировок. Нелишне обратить внимание и на  опыт Китая. В  СМИ много писалось о воссоединении Гонконга с исторической родиной. Однако  мало известным остается факт, что в действительности  произошло только политическое воссоединение с Китаем и фактическое -  с территорией специальной  экономической зоны Шеньчжень. На внутренней границе Большого Сянгана  с  остальной  территорией Китая  после воссоединения  число полицейских было увеличило на 40 тысяч, так как власть понимает, что многочисленные  местные преференции требуют жесткого  полицейского контроля.

Китай наглядно демонстрирует, что   создание СЭЗ обусловлено не латанием местных социально-экономических проблем, а подчинено  решению главной политической задачи - воссоединения  в единых границах государства и цивилизации. Поэтому, безусловно, зарубежный опыт необходимо знать, но его нельзя слепо заимствовать.

Какова может быть модель свободных экономических зон для Украины и других новых независимых государств? Она, прежде всего, должна быть увязана с стратегией государственного строительства, включая  формирование преференциального режима  на основных коммуникационных направлениях - проектируемых европейских транспортных коридорах  и создания региональных условий хозяйствования. Для этого прежде всего необходимы политическая воля, здравый смысл и совершенствование законодательной базы. 

***

Проблемы энергетической безопасности Украины  известны уже не один год: уменьшение потребления  природного газа за счет введения энергосберегающих технологий, создание  геополитических и геоэкономических  приоритетов для  транспортировки российского газа в сочетании с   диверсификацией поставок  энергетических ресурсов, увеличение поисково-разведочный работ и  освоение собственных месторождений, проблемы внешнего и внутреннего долга, обусловленные низкой платежеспособностью потребителей газа. Почему же за <морем> публикаций  и многочисленных заявлений политических деятелей, положение  на <газовом фронте> остается критическим?

В 80-е годы украинские электростанции,  предприятия металлургии, машиностроения и производства  строительных материалов  стали переводиться  на потребление  относительного дешевого природного газа, однако после распада СССР цены выросли до мировых. Отечественная промышленность  выделяется исключительной энергоемкостью, которая в пересчете  на эквивалентное потребление нефти составляет 2508 кг, тогда как в Венгрии - 1119, а в Австрии - 209. Отсутствие эффективных энергосберегающих технологий  и собственной стратегии  развития энергорынка являются важной и нерешенной проблемой  национальной безопасности.

Украина - крупнейший потребитель  российского газа в Европе,  занимает по   потреблению  природного газа шестое место в мире и по импорту -  третье место (после США и Германии). Если  Европа потребляет 110-120 млрд кбм российского газа, то только одна Украина - 55-60 млрд кбм.  Газотранспортная система (ГТС) Украины является второй по мощности в Европе после РАО <Газпром> и осуществляет  93% экспорта российского газа, что составляет 25% потребностей европейских стран. Таким образом  ГТС Украины имеет исключительное геостратегическое положение, являясь своеобразным <газовым мостом> между крупнейшими в мире газодобывающими регионами России и Западом. По объему  транзита газа Украина  занимает первое место в мире. Эти транспортные услуги  оцениваются в 2,5 млрд  долларов и оплачиваются газом. Через  территорию Украины проходят  магистральные  трубопроводы (более 25 тыс. км.),  обеспечивающие транзит и импорт  российской нефти и природного газа. Через территорию страны  проходят  южное ответвление  нефтепровода <Дружба> в страны Центральной Европы, газопроводы <Союз>, <Братство>, <Прогресс> и другие, образующие в Западной Украине мощный коммуникационный узел. Через Украину осуществляется  транзит российского природного газа в Юго-Восточную Европу и Турцию. На территории Украины расположены крупнейшие в Европе подземные газохранилища объемом 35 млрд. кбм.  Дальнейшее  формирование сети трубопроводов  обусловлено  сохранением транзитных функций между  Россией и Западной Европой и созданием альтернативных вариантов обеспечения отечественных  потребностей в энергоносителях.

Если в России  экспорт газа является важной составляющей государственной политики, то в Украине -  контроль за транзитом газа  служит одним из самых выгодных  бизнесов на государственных ресурсах, приносящих политические и  материальные дивиденды. Недавние <диверсификационные победы> (поставки туркменского газа)  на газовом фронте  войдут в новейшую историю Украины как еще одна проигранная  геоэкономическая война. Маловероятно, что власть уступит контроль за <газовой трубой>   крупным западным компаниям,  готовым  принять участие в приватизации  украинских магистральных трубопроводов. В ближайшем будущем будет наблюдаться дальнейшая имитация деловой активности по реализации многочисленных инвестиционных проектов добычи и транспортировки  газа,  за покровом которой обострится борьба между различными  корпоративными группами за контроль главной <газовой трубы>.

По сути  завершилось формирование  геополитической модели Украины,  в политическом  пространстве которой будут доминировать   США и Россия, используя экономические механизмы. Не секрет, что помощь  международных  финансовых организаций определяется в первую очередь лояльностью к американской администрации.  Россия имеет  реальные возможности через энергетическую зависимость  воздействовать на политическое  поле Украины. Диверсификация генеральных направлений  транспортировки российского газа на Запад и Восток позволит  проводить более жесткую политику по отношению к импортерам и транзитным странам, что не учитывается украинской властью. В  начале  ХХ1 века Украина потеряет преимущества главной транзитной страны  для российского газа  за счет смещения генеральных направлений  на Западную Европу  через Белоруссию и балтийские порты,  формирования  восточного направления в АТР. По оценкам экспертов доля поставок российского газа  через Украину в Европу уменьшится до 30 %, что неизбежно приведет к дальнейшему возрастанию не только экономической, но и политической зависимости от России. Проблемы энергетической безопасности Украины как и многие  другие не имеют чисто экономического решения.

***

В  геополитическом коде Украины исключительно важно  сохранение баланса геоэкономических осей запад - восток и север - юг (морские рубежи). Морские порты, наиболее открытые к внешнему миру, выполняют  интегрирующие функции для всей транспортной сети страны. Рассмотрим  негативные тенденции утраты  коммуникационных функций Причерноморья.

За многовековую историю причерноморская земля блистала плодородием, города - свободной торговлей,  люди - ремеслами, предприимчивостью и талантами. Здесь нет крупных месторождений полезных ископаемых. Главное бесценное богатство Причерноморья, веками создаваемое природой и человеком, - коммуникационные функции места. Его нельзя купить не за какие деньги, но можно в одночасье потерять из-за отсутствия стратегического видения.

Необоснованно  декларируемое стремление Украины стать морскими воротами  Западной Европы (Европейского сообщества) или Центрально-Восточной Европы. Россия  на протяжении двух столетий  затратила  огромные материальные и финансовые ресурсы   и создала  мощную инфраструктуру  для коммуникационного <южного окна>  в Европу и другие части света. Для Западной Европы Новороссия  служила транспортным коридором  на Кавказ и Центральную Азию только в экстремальных условиях, например, в период Континентальной  блокады Великобритании  Францией. Если ныне в условиях  этнонациональных и этноконфессиональных  конфликтов на Балканах и Северном Кавказе  для этого имеются  временные  предпосылки, то в долгосрочной  перспективе, как уже отмечалось в предыдущей главе,  не выдерживает критики  широко  разрекламированный  проект  Евро-Азиатского  международного  транспортного коридора через Украину   из Западной и Северной Европы на Кавказ и Центральную Азию. Согласно проекта  в Западной Европе формируется  два направления Копенгаген - Гданьск - Львов - Одесса/Херсон и Антверпен - Рени (дунайский коридор). Изменившееся геоэкономическое положение Украины как мировой периферии  и отсутствие перспективных  массовых грузопотоков  свидетельствуют о  ограниченных возможностях его формирования. Зачем, например,  для скандинавских стран хождение  за <три моря>  с паромными переправами  на Балтике,  Черноморье и Каспии, если имеется российский  транспортный коридор, в модернизацию которого  Европейский Союз  уже вкладывает реальные инвестиции. Не случайно, украинская судоходная компания <Укрферри>, открывшая и эксплуатирующая  паромную переправу  Ильичевск - Поти, несет  убытки, а основные грузопотоки из Закавказья в Европу идут через Новороссийск, Констанцу и Бургас, где создан реальный  преференциальный режим. Как уже отмечалось  в девятой главе,  Украина  утратила функции главного коммуникационного узла в Черноморье и Юго-Восточной Европе, уступив первое место соседней Румынии.

На фоне многочисленных восторженных публикаций о значении для Украины четырех из девяти европейских транспортных  коридоров отсутствует профессиональная экспертиза предлагаемых вариантов. Вызывает особую тревогу, что предлагаемый Европейским Союзом  транспортный коридор <из варяг в греки>  и черноморский кольцевой  обходят  стороной  крупнейшие  украинские порты на Черном море и Дунае, на которые приходится  70 % грузооборота  страны.

В  конце  ХХ века  реальные преимущества в Черноморье получили страны, сумевшие  создать  современную  инфраструктуру  и  преференциальный режим  для ускорения  прохождения  грузов  и капиталов. В бывшем восточноевропейском  <лагере> основными морскими воротами  стали Констанца (Румыния), Бургас (Болгария)  и Копер (Словения).  Украина утратила  лидирующую роль в транзитных морских  перевозках. После  отмены  эмбарго в отношении Югославии не произошло увеличение грузооборота  украинских портов на Дунае, где  отечественный флот работает в условиях острой  конкуренцию  со стороны  российских и румынских пароходств.

***

В  первые годы  независимости Украины   при столкновении с подводным айсбергом  корпоративных и личных интересов  погиб один из крупнейших и конкурентоспособных торговый флотов мира.   В  море публикаций выделяется попытка локализовать и  персонифицировать ответственность, связав её с группой  дельцов, сумевшей  быстро обогатиться за счет умелого растаскивания  государственной собственности. Однако  такой подход  несправедлив  по отношению к  другим многочисленным <стратегам>, внесшим свой посильный  разрушительный вклад. Можно  сказать, что гибель флота была предопределена.

После падения <железного занавеса> изменились внешние и  внутренние факторы, влияющие на морскую политику  государства.  В геополитическом коде Украины  морские рубежи  являются одним из стратегических ресурсов развития страны. Морская держава имеет неоспоримые преимущества для активного участия  в международном разделении труда. Однако в концепциях  государственного строительства предпочтение отдается  геополитической оси Запад -  Восток. Доминируют  крайние подходы от отрицания  в необходимости сохранения доставшегося морского <наследия> до реального снижения государственного уровня  управления морскими отраслями. В условиях открытости это уже привело  к необратимым  негативным последствиям.

Морское хозяйство - группа взаимосвязанных  отраслей и производств, обеспечивающих контактные и ресурсные функции (внешнюю торговлю, эксплуатацию природных ресурсов, судостроение, туризм  и др.) с социально-производственной инфраструктурой, расположенной преимущественно  в береговой зоне морей. Независимой Украине  досталась треть  морского хозяйства  Советского Союза, включая  морские порты, торговый и рыболовный флоты, судостроение и курортно-рекреационное хозяйство. Это главное  богатство Причерноморья,  геоэкономическое положение  которого на пересечении евразийских  коммуникаций из века в век  определяло специализацию  региона в международном разделении труда. Здесь были созданы крупнейшие  в Восточной Европе и Черноморье  портово-промышленные комплексы,  обеспечивающие значительную часть  внешней торговли  Российской империи и СССР.  Рассмотрим, как Украина распорядилась этим богатством.

Морское хозяйство, приносящее  в прошлом в государственную казну миллиарды долларов, ныне стало убыточным. Долги торгового флота и  судостроения превышают 500 млн долларов, прекратилось развитие инфраструктуры, не обновляются основные производственные  фонды. В результате сочетания  полусвободного рынка с ограниченной частной инициативой  и <шкурных> интересов вошедших во власть  исключительно некомпетентных физических лиц, заменивших профессионалов, над морским хозяйством пронесся разрушительный <цунами>.

Если  в России  открытая экономика представлена в первую очередь экспортом топливно-энергетических ресурсов, то в Украине  до недавнего времени - экспортом  транспортных услуг, приносившим значительные поступления валюты  в государственный бюджет. Поэтому, не случайно, именно судьба торгового флота стала ареной острой  политической борьбы, что привело к фактической гибели Черноморского пароходства -  одной из крупнейших мировых судоходных компаний. Только за период 1993-1996 гг. её грузоперевозки упали с 18,1 до 5,1 млн. т, а долг иностранным  кредиторам превысил  200 млн. долларов.

Ныне торговым флотом Украины  перевозиться грузов в 2,5 раза меньше, чем тридцать лет назад. Потеряны все  международные судоходные линии, в грузоперевозках доминируют  иностранные  фрахтователи. Полностью прекратились перевозки транспортным  пассажирским флотом, который  вытеснен и с  международных круизных линий.  Флот   стареет и практически не пополняется  новыми судами. Потребности  в капитальных вложениях в развитие флота оцениваются в 7-9 млрд. долларов.

Грузооборот украинских портов  за период 1990 - 1998 гг.  снизился с 123 до 69 млн. т. В общем объеме грузооборота  экспорт составляет 54% и транзит грузов  - 35%. Проявляется устойчивая тенденция  утраты  транзитных функций  морских портов, где раньше  половина грузооборота составляли российские грузы.  Таможенные и пограничные барьеры, увеличение  портовых сборов и повышение железнодорожных тарифов  снизили  привлекательность Украины для транзитных грузов. Сложилась  парадоксальная  ситуация, когда от такой <политики> выигрывают отдельные  ведомства, например, порт, но проигрывает государство. Сузился  хинтерланд и форланд  морских портов.

Наиболее обширная  в Азово-Черноморском  бассейне украинская  экономическая зона  включает  северо-западный черноморский  шельф и западную часть  Азовского моря. Здесь по оценкам  специалистов сосредоточена треть разведанных запасов нефти и газа страны. Однако из-за ограниченных  финансовых возможностей  и существующих международных разногласий  с Румынией и Россией крупномасштабное освоение  энергетических ресурсов шельфа в обозримом будущем пока не предвидится.  Украина  участвует  в совместных проектах  на российских месторождениях и в конкурентной борьбе за каспийскую нефть, используя  имеющиеся возможности  нефтеперерабатывающих заводов и терминалов.

В условиях открытой экономики  морское хозяйство Украины оказалось неконкурентоспособным. Турция  после двухвекового перерыва  вновь лидирует в черноморской  торговле, а бывшие монополисты социалистической  индустрии отдыха - курорты Крыма и Одессы - при свободе выбора  мест отдыха  и лечения  уступили первенство Средиземноморью.

В последнее десятилетие широкое распространение  получила идея  свободных экономических зон в Одессе,  Ильичевске, Южном, Измаиле,   Рени,  Николаеве, Очакове,  Скадовске,  Севастополе, Керчи, Мариуполе и других портовых городах. При отсутствии развитого  отечественного предпринимательства возобладали  государственные  <мыльные> проекты  точечных зон, игнорирующие здравый смысл и необходимость создания региональных условий хозяйствования.  В настоящее время  Причерноморье  стало зоной  высокого риска  вложения  иностранного капитала,  особенно  Крым, Одесса и Придунавье. Отсутствие современной инфраструктуры (скоростных коммуникаций, обостряющийся энергетический кризис,  дефицит качественного водоснабжения), исключительно  низкий профессиональный уровень принятия решений (имитация деловой  активности) и острые экологические проблемы  реально  отбросили  регион на мировую периферию.

Украина  утратила  геополитические и геоэкономические позиции  в Черноморье  и на Дунае.  Отечественный морской торговый флот стал своеобразным  украинским <Титаником>,  первым подвергнувшимся разрушительным  воздействиям от столкновения с айсбергом  профессиональной некомпетентности, корпоративных и личных <шкурных> интересов. В условиях открытости к внешнему миру простые  решения, имитирующие деловую активность, опасны не только для морской политики, но и для становления украинской государственности.

 

Геостратегия Украины

<Но оставим теперь в сторону, кто кого больше виноват. Дело в том, что пришло нам  спасать нашу землю; что гибнет уже земля наша не от нашествия  двадцати иноплеменных языков, а от нас самих; что уже, мимо законного управления, образовалось другое правленье, гораздо сильнейшее всякого законного>.

 Николай Гоголь <Мертвые души>

Самой  актуальной проблемой Украины остается  выбор государственной стратегии. Универсальных моделей общественного развития в природе не существует, <справедливость остается  задачей, не имеющей завершения>. Все мы вышли из одного отечества, и проще всего в очередной раз  разделить общество на <белых> и <красных>. Неизмеримо  труднее вести поиск межличностных коммуникаций  на основе приоритета личности  человека и принимаемых  ответственных решений. Реальная европейская интеграция Украины  зависит от политической воли и  стратегического видения,  богатства человеческой энергии тех, кто искренне и бескорыстно служит своему делу.

В конце ХХ века  цивилизованный мир пытаются преодолеть крайности индивидуализма и коллективизма  путем акцента внимания на межличностные, межсословные, межэтнические, межконфессиональные и экономические отношения (коммуникации). Основой построения правового гражданского государства  в постсоветском пространстве является стратегия поэтапного перехода  к открытому  обществу и экономике  без приступов глупого оптимизма и безнадежного пессимизма, без поиска внешних и внутренних врагов. Модель здравого смысла включает прежде всего общественное согласие. Чтобы изменить мир, надо прежде всего <победить> самих себя.

Многомерное коммуникационное пространство Украины как независимого государства никогда не планировалось. В этом заключается главная трудность  становления  государственности. В многомерном  пространстве  стратифицируются   политические, правовые, информационные, социокультурные,  конфессиональные, экономические, финансовые,  транспортные и другие коммуникации, обладающие внутренней энергетикой, своим центром и периферией. Однако коммуникационная природа многомерного пространства государства двояка.  В результате пространственно-временной  стратификации  разномасштабных <полей> коммуникаций образуются  зоны,  обладающие созидательной или разрушительной энергетикой.

Будущее может быть разным. Чтобы понять будущее, необходимо  вникнуть  мыслью в настоящее и увидеть то, что есть  на самом  деле, через определенные пограничные состояния. Геополитическая, геоэкономическая  и социокультурная рубежность  Украины  является  стратегическим ресурсом становления государственности и мирохозяйственной интеграции. Рубежность как ресурс развития следует понимать  не в буквальном - географическом смысле, а как  зону высокой  энергетики многомерного коммуникационного пространства, где главной мерой  служит не протяженность, физические размеры природного богатства или отдельные качества человека (умный, мужественный), а энергетика  пограничных  взаимодействий геополитического, геоэкономического, социопсихологического и других пространств (множества  упорядоченных, соотнесенных  мест). Потенциально этим ресурсом  обладает каждая страна, но воспользоваться  им удается  тем, где политическая воля пассионариев  способна выявить  гармоническое соотношение  между  компонентами, характерное для  данного места  и социального времени.

Благоденствие  государства зависит  не только от   природного  богатства. Можно иметь большие запасы  энергетических ресурсов и оставаться бедным. В мире общеизвестны и другие примеры, когда обделенная природным ископаемыми страна становится процветающей. Значит все дело в пропорциях, соотношении между  источниками созидательной  энергии человека и другими ресурсами.  Например, западноевропейская  цивилизация  продемонстрировала  возможность  становления  не сколько на реальных  географических рубежах и непосредственных  контактах во времени, а через возрожденную в духе  античность.

На основе культурологической идентификации Украина рассматривается как рубежное государство, в современных границах которого сошлись "края" трех геополитических, социокультурных и геоэкономических пространств: западноевропейского, восточноевропейского и средиземноморского. В рубежном государстве особенно актуальна идентификация общества на различных уровнях пространственно-временной стратификации этнонациональных, этноконфессиональных, геоэкономических, природноэтнических и других процессов.

Благоденствие рубежного государства прямо пропорционально открытости сознания миру, отражающего реальную действительность и обратно пропорционально мифологическому хаосу и величине социальных маргиналов. Рубежное государство обязано быть открытым к внешнему миру, активно участвовать в международном разделении труда (преференциальный режим свободной торговли и совместного предпринимательства). Здесь, как правило, размещаются многочисленные международные общественные, экономические и финансовые институты. Для рубежного государства характерен традиционный нейтралитет, политика неприсоединения к международным военным блокам. Целостность рубежного государства может быть обеспечена достойным человека качеством жизни. Рубежное государство обязано быть плюралистическим. Каждый гражданин, не зависимо от национальности и вероисповедания, должен ощущать страну своей.

Социокультурная рубежность Украины - стратегический ресурс становления государственности и консолидации нации, комплиментарного социально-экономического развития, ускорения оборачиваемости капитала. Игнорирование рубежности в условиях мифологизации и маргинализации общества, слабой экономики, проявлений крайнего национализма, реального сужения информационного пространства ведет к усилению центробежных процессов. Когда страна слепо заимствует чужие традиции или наоборот, отгораживается от окружающего мира "железным занавесом", она утрачивает независимость, рассыпаясь в одночасье как "глиняный колосс".

Государственная стратегия должна исходить из геополитической концепции рубежности Украины, предусматривающей развитие на равновеликих сбалансированных осях запад-восток и суша-море (морских рубежах), с которыми исторически связаны три социокультурных "плиты", ныне отождествляемые с Западной, Восточной и Южной Украиной. Исторический срок пребывания Западной Украины в западноевропейском геополитическом пространстве насчитывает около 700 лет, Восточной и Южной Украины в российском геополитическом пространстве, соответственно, 300 и 200 лет. Южная "плита" более двух тысячелетий пребывала в средиземноморском пространстве.

С учетом социокультурных и социоэкономических рубежей выделяется три уровня формирования геополитического кода страны. На международном уровне определяется геополитическое пространство Украины в постбиполярном мире, как страны на рубежах цивилизаций и в славянском мире. Целесообразно возродить Киев как один из восточнославянских центров и тем самым разграничить функции с Москвой - полюсом формирующегося евразийского (преимущественно славянско-тюркского) суперэтноса.

На государственном уровне в основу политико-административного устройства и районирования должны быть положены внутренние культурно-исторические и геоэкономические рубежи. Учитывая незавершенность и рубежность формирования украинской нации, особую значимость в становлении государственности приобретают исторические области, среди которых Галиция, Закарпатье, Волынь, Северная Буковина, Слобожанщина, Запорожье, Крым и Южная Бессарабия. Ныне здесь процесс модернизации общества особенно проявляется в требованиях расширения прав местного самоуправления, что нашло отражение в намерениях создания свободных экономических зон. Медлительность реформирования политико-административного устройства страны может привести от требований экономической свободы к борьбе за политическую автономию и усилению центробежных тенденций.

Предлагается поэтапная федерализация страны, которой должен предшествовать переходной период унитарного государства с земельной автономией. Западной, Восточной и Южной Украине предоставляется высокий уровень культурной территориальной автономии. По мере возрождения местного самоуправления и отечественного предпринимательства вместо административных областей образуется примерно 13 автономных земель.

На местном уровне главной задачей является расширение прав местного самоуправления или точнее возрождения традиций (магдебургское право, градоначальство, порто-франко). Самоуправление необходимо ввести прежде всего в крупных городах -лидерах модернизации украинского общества. Форсированный переход к федеративному устройству страны без возрождения местного самоуправления будет способствовать усилению регионального сепаратизма.

Формирование геополитического кода страны невозможно без выработки экономической стратегии развития на основных коммуникационных осях. После распада СССР между евразийскими полюсами экономического и технологического развития - Западной Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом (АТР) образовалось по аналогии с дрейфом континентов "сейсмически" активное геополитическое пространство, пришли в движение европейские, евразийские и азиатские "тектонические плиты". Неоднородность социального времени и культурно-исторические различия предопределяют поиск путей мирохозяйственной интеграции постсоветских стран, предусматривающий формирование коммуникационных коридоров и узлов с преференциальным режимом (в том числе СЭЗ) на социокультурных рубежах Евразии. Это может усилить геоэкономическое положение Украины.

***

Главное богатство украинского общества находится на рубежах многомерного  коммуникационного пространства, где выделяются субкультуры и  территориальные общности с высокой энергетикой. Благом для Украины  является и сочетание  различных территориальных  социокультурных общин. В Западной Украине в Галиции Львов выступает историческим центром  консолидации украинской нации, формировании которой здесь шло наиболее активно под воздействием  западноевропейской цивилизации, католицизма и  относительного либерализма. Регион стремится стать основой рубежной коммуникативности с Западной и Центральной  Европой. Экономика выделяется  развитым  машиностроением, агропромышленным комплексом, имеются  ограниченные запасы  энергетического минерального сырья. Это наиболее дотационная территория страны, особенно пограничные Волынская, Закарпатская, Ивано-Франковская  и Черновицкая  области, отличающиеся  высоким уровнем  безработицы. Западноукраинская национальная элита  доминировала  в первые  годы независимости в политическом пространстве страны. Ныне не самодостаточная Галиция является  наиболее  лояльной по отношению к центральной власти.

Преимущественно русскоязычная православная Восточная  Украина выступает за сохранение маргинальной русско-украинской культуры и добрососедских отношений с Россией. Восточная Украина является основным регионом-донором страны, особенно  Донецкая и Днепропетровская области. Здесь расположена главная  угольно-металлургическая база, обеспечивающая   весомый вклад в национальный валовой продукт. Вместе с тем, основные производственные  фонды металлургии и угольной промышленности морально устарели, требуются огромные  инвестиции  на реконструкцию  и модернизацию отраслей. Не случайно, забастовки  шахтеров и металлургов являются индикатором  экономической и политической  ситуации в стране. Восточная Украина лидирует  не только в экономике, но и по численности населения и, соответственно, по количеству электората.

После провозглашения независимости  здесь особенно проявилась социокультурная  рубежность местных  русскоязычных  украинцев. Они ощущают себя украинцами по крови и одновременно  частью  русской культуры. В результате сложившейся  этнической  биполярности образовалась  энергонасыщенная  зона маргинальной субкультуры, где эмоционально-ценностное  мышление  через страстную ностальгию  способствует  деловой и интеллектуальной  активности. В Восточной Украине расположены крупнейшие  промышленные  города, а Харьков реально становится  <столицей> русскоязычной культуры.

Наиболее интернациональная  Южная Украина в условиях открытости возвращается  в средиземноморское геоэкономическое пространство, где хозяйство  региона оказалось неконкурентоспособным. Причерноморье не отличается разнообразием  и запасами минерально-сырьевых ресурсов,  его главное богатство - приморское  положение, обеспечивающее  транзитные торговые функции. Регион выделяется развитыми портово-промышленными, курортно-рекреационным и агропромышленным  комплексами. В Одессе  сформировался один из крупнейших в стране  центров посреднической торговли. В регионе наибольшей политической активностью выделяется Крым, имеющий права территориальной автономии. Здесь особенно остра  проблема крымских татар, вернувшихся  на родную  землю и еще не получивших  украинское  гражданство.

В Украине незавершен  процесс формирования  столичной политической элиты, представленной преимущественно  региональными кланами. Однако статус столицы  государства способствует возрастанию роли Киева в открытой экономике, особенно во внешней торговле (импорте товаров) и привлечению иностранных инвестиций. Но в отличии от Москвы, где сосредоточено до 70%  российских капиталов, бюджетные возможности Киева без  субвенций ограничены.

Украинский народ обладает  уникальным многовековым опытом  существования маргинальной  конфессиональной субкультуры греко-католиков и казаков - пограничников православия. Раскол христианства стал одной из крупнейших трагедий  уходящего тысячелетия и опыт преодоления этого рубежа конфронтации есть своеобразное  богатство на пути к моральному возрождению и единению.

Огромный энергетический потенциал заключен в многочисленных рубежных субкультурах, среди которых, кроме русских и евреев, поляки и белорусы, молдаване и  болгары,  венгры, греки, румыны, закарпатские русины и новгород-северские украинцы, крымские татары и караимы и др. Для того, чтобы это богатство кристаллизовалось в деловую активность необходимы не сколько государственные капиталы  (на которых в обозримом будущем не приходится  рассчитывать), а создание общественных отношений, где каждый гражданин, не зависимо от национальности, ощущал себя <своим> в государстве и не испытывал социально-психологического дискомфорта, способного  аккумулировать разрушительную энергетику.

Таким образом, в условиях открытости к внешнему миру  геополитические,  социокультурные, конфессиональные и геоэкономические  энергонасыщенные рубежи многомерного коммуникационного пространства  являются бесценным богатством Украины.

***

В Советском Союзе  приобщение  к мировым культурным ценностям достигалось через русский язык, выступающего в качестве  транслятора межцивилизационного диалога. В будущем, несомненно, в независимой стране возрастет значение наряду с  украинским  и английского языка. Но вряд ли западная культура вытеснит  русский язык и русскую культуру с её духовным началом, воплощающих  великую письменную традицию, общую для восточнославянских  народов. 

Бесценное богатство украинского общества находится на рубежах многомерного  коммуникационного пространства, где выделяются субкультуры и  территориальные общности с высокой энергетикой. Исторический опыт свидетельствует, что своеобразной <свечой зажигания> созидательной деятельности и <локомотивом> общественного развития  выступают маргинальные субкультуры или культурно-маргинальные  кланы (общины). Мощная маргинальная русско-украинская культура с размытыми границами национальной принадлежности  является бесценным богатством как России, так и Украины. Поэтому утрата русского языка ведет к невосполнимым потерям  украинской культуры.

На это обращал внимание Человек, попытавшийся в ХХ веке бескорыстно  возродить исторические и национальные  традиции Украины и неоднократно оклеветанный люмпенизированными соотечественниками. Первый и последний в уходящем веке гетман Украины Павел Скоропадский писал: <Признавая две параллельные культуры, как глава государства, я старался относиться к обоим лагерям совершенно беспристрастно и объективно. Я глубоко верю, что только такая Украина  жизненна, что она наиболее соответствует  духу простого народа... При существовании у нас и свободном развитии русской и украинской культур мы можем расцвести, если же мы теперь откажемся от первой культуры, мы будем лишь подстилкой  для других наций и никогда  ничего великого создать не сумеем>.

Чем больше  власть будет  стремится нивелировать социокультурные полюса, тем меньше шансов на успешное  становление украинской государственности. В этой связи и роль института президентства заключается не в декларации <судьбоносных>  программ и указов имитации деловой активности, а в создании реальных условий мотивации  активной созидательной деятельности народа. Особенно велика ответственность  Президента  в преодолении  разрушительного для украинского общества маргинального синдрома <люмпенизированной> и коррумпированной власти, делающей бизнес на государственных ресурсах и претендующей на роль общенациональной элиты.

Будущее Украины будет определяться не  перестановкой  одних и тех же маргинальных фигур на политической арене, а способностью украинского общества  выявить  скрытый потенциал развития, который находится за границами простых решений (хорошие президент или парламент, порядочные и честные депутаты). Как подчеркивал философ Мераб Мамардашвили, дело не в том,  чтобы  выбрать <хороших>,  а в создании общественной формы, не содержащей в себе оснований для  зла и несправедливости. Нельзя полагаться только на умного или мужественного, производство или торговлю. В обществе все должно быть в соотнесении и гармонии, а  <чтобы на земле что-то выросло, нужен культурный слой почвы, нужно создавать его сантиметр за  сантиметром, довольно долго>.

 Дело не в том,  чтобы в Украине  были <хорошие> президент, правительство и парламент, порядочные и честные  судьи и депутаты. Все дело в  форме или гражданственности (как говорили древние греки civitas),  понимаемой как образ жизни  воспитанных людей.   Только форма  может нейтрализовать  человеческие потуги (<шкурные интересы>, слабости и пороки).  Поэтому  Украине нужны не честные, а независимые  политики, судьи и СМИ.  Именно по этому пути шло восхождение к современной Европе на фундаменте,  заложенным  древнегреческими  и европейскими мыслителями. Только политическая культура в союзе с интеллектом  способна  преодолеть  мифологический хаос в обществе и выявить его стратегический ресурс развития.

В  многополярном мире Украине еще предстоит найти свое место.  Если страна состоится как региональная держава, среди реальных стратегических партнеров возможны США, Россия и Германия. США заинтересованы в продвижении НАТО на Восток и нейтралитет  Украины способствует этим устремлениям. Отсюда декларируется  готовность США  в оказании  финансовой помощи Украине  в обмен на <холодный мир>  в украинско-российских отношениях. Вместе с тем  Украина  и Россия обречены на стратегическое  партнерство. Укрепление российской державности будет способствовать  строительству украинской  государственности  и наоборот. Требуется  поиск новой стратегии  украинско-российского  диалога  с приоритетами в области  экономики и культуры. В свою очередь геополитическое положение Украины в Европе будет определяться  отношениями  России и Германии, финансовые возможности которой после падения Берлинской стены ограничены.  Хотя Китай нигде не афиширует экономическую экспансию в постсоветском пространстве, она осуществляется своим чередом  по мере снижения жизненного уровня.

 В условиях глобализации особую актуальность  приобретает поэтапная мирохозяйственная интеграция, сочетающая  открытость к внешнему миру  с защитой национальных интересов.  В экономике искусство политики заключается в поиске оптимальных  для данного места и социального времени отношений  между протекционизмом и либерализацией. Преференции для ввоза иностранного капитала и ограничения для импорта товаров должны сочетаться с селективным протекционизмом по отношению к отечественному предпринимательству. Однако протекционизм нельзя подменять изоляционизмом. Государственная протекция  отечественному производителю без соотнесения с либерализацией может  лишь затормозить экономическое развитие. Вместе с тем, на период реформ  государство обязано выполнять роль гаранта социальной защищенности граждан от негативных последствий  открытости к внешнему миру (финансовых и других кризисов).

Геостратегия  умеренного  оптимизма основывается на уверенности, что  у  европейского народа  образуется критическая масса личностей в политике, бизнесе и науке, способная  зажечь <искру зажигания>  потаенного  богатства   энергонасыщенных рубежей многомерного коммуникационного пространства Украины.


Назад Далее

 


 

«Геополитика сверхдержав»

Америка. Утомлённая супердержава Падение и взлет китайского Дракона Имперская геополитика. Великий час мировых империй Путь к процветанию государства

 


Воспоминания
Ландшафты памяти
Ландшафты путешествий. Города и страны
Ландшафты поэзии, музыки и живописи


Избранные статьи и посты
ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ПРОСТОРАМ РОДИНЫ ЧУДЕСНОЙ
Шейх Заид. Самая выдающаяся исламская личность


Павел Флоренский. Русский Леонардо да Винчи
Максим Горький. Писатель, купленный любовью народа
Иван Бунин. Певец пограничья природы
Анна Ахматова. Парящая в небесах
Николай Гумилев. Конкистадор истоков человеческой природы 
Николай Заболоцкий. Поэт философской лирики


Бесподобная Элеонора. Королева мужских сердец
Анна Вырубова. Фрейлина, монахиня, оклеветанная
Трафальгарская Венера. Символ красоты и силы духа
Париж. Лувр. Гимн обворожительным женщинам


Трансильвания. Замок Дракулы. Вампирский бренд Румынии
Где присуждают и вручают Нобелевские премии
Олимпийские игры. От Древней Греции до Сочи
Гибель мировой секретной империи
Великий час кораблей пустыни
Неугасающий ослепительный блеск Венеции
Карибы. Святой Мартин. Остров двух господ